Разыскивается суженый! Работников МЧС не предлагать

Желания куда-либо с ней идти, если на все вопросы может ответить неведомый кот, у меня совершенно не было.

Тем временем она продолжила:

— Родителям может не понравиться, что ты без титула. Да и по моей репутации может быть нанесён урон… С другой стороны, если ты сразу откажешься, то мы постараемся не вынести новость в массы. Так что никто не узнает моего позора! — я обалдел, а она хлопнула перепончатыми лапами друг об друга. — Решено! Идём к родителям! Потом я тебе дам карту, как добраться до Кошачьего Холма, — она махнула лапой в нужную сторону.

Я аж сел от подобной наглости.

— Это ещё почему?! Ты же сказала, что до твоего дома три дня ходу!

— Ну да.

— А до Кота Учёного недалеко отсюда.

— Ну да, — снова невозмутимо кивнула она.

— Еще скажи, что они в одной стороне находятся, и мы мимо будем проходить!

— Ну, по сути, да. Но я предпочитаю обходить Кошачий холм стороной.

— Так почему мы не можем сразу по пути к тебе домой зайти туда?!

— Не пойду я к кошакам! — взбрыкнула она, подбрасывая вверх задние лапки.

— Знаю, знаю, платья к жениху собирать, — я непримиримо сложил руки на груди. — Ну уж нет. Либо мы идём к Кошачьему дубу...

— Холму.

— Да без разницы. К Кошачьему Холму сразу, а уже оттуда к твоим родителям, либо я сам найду дорогу, тем более направление ты мне показала, — лягушка возмущенно открыла рот, а я усмехнулся. — Да, выйдет дольше, и, скорее всего, придётся спрашивать дорогу, но это лучше, чем твоё предложение, тем более, у меня совершенно нет уверенности, что ты меня не обманешь.

— А ты! — она возмущённо пару раз подпрыгнула. — А ты не обманешь?!

— Не имею привычки, — отрезал я. — Ну так что, мы договорились?

Какое-то время мы прожигали друг друга гневными взглядами, но потом Зелёная кивнула, и мы пожали руки. Ну, то есть, руко-лапы.

— Только ты меня на руках понесёшь! — выдвинула новое требование она. — Я сюда все три дня скакала, у меня лапы отваливаются! А тебе всё равно идти на своих двоих.

С этими словами она без колебаний прыгнула мне на раскрытую ладонь. Немного на ней потопталась, а потом села и недовольно поинтересовалась:

— Ну, мы идём или как? Надо ещё тебе одежду где-нибудь отыскать. А то ходишь… Как чернь дворовая. А между прочим, царевну сейчас сопровождаешь — будь добр соответствовать!

— Слушаюсь и повинуюсь, Ваше Благородие, — хмыкнул я, поднимаясь на ноги.