Баба Яга: Начало бессмертия

— Помоги мне…дойти до моих покоев, — она что было силы вцепилась в запястье стражника, но и шагу сделать не смогла. Новый сильный спазм обрушился на неё, как гром среди ясного неба. — Мой ребенок!

Времени на раздумье у мужчины не оставалось. Он подхватил госпожу на руки и быстро унес её из сада, попутно поднимая на уши весь замок. Поднялись даже те, кто давно спал крепким сном. Душераздирающий крик боли и отчаяния холодили кровь каждого, кто оказывался рядом.

С ноги охранник вынес двери, ведущие в покои правителя, и осторожно уложил княжну на кровать.

— Аааааааа!!! — истошно вопила она, хватаясь обеими руками за живот. Казалось, что в одночасье в него вонзили сотни острых, раскаленных до́красна иголок.

— Сейчас! Сейчас, госпожа! Потерпите! Скоро прибудет доктор! Он поможет! — руки закалённого в боях солдата затряслись, глядя, как окрашивается алым подол светлого простенького платья.

В эту же минуту в комнату влетел запыхавшийся лекарь со своей свитой.

Следом за ними служанки втащили полные тазы горячей воды и чистые отрезы тканей. Мгновенно комната наполнилась паром, потом, дымом окуривающих трав и криками несчастной княгини, которая сейчас, как никогда раньше, нуждалась в своем муже, но, к несчастью, сейчас он был слишком далеко и не знал о случившейся трагедии.

— Спасите моего сына! — рыдая умоляла Ядвига.

— Прошу Вас, успокойтесь. Уже стоит вопрос о спасении вашей жизни.

Лекари пытались успокоить и помочь безутешной матери, но она их не слышала, а лишь продолжала бормотать и плакать, стремительно теряя силы.

Ещё несколько жалких минут и она провалилась в темное беспамятство. Врачи делали всё возможное, чтобы остановить кровотечение, но, к сожалению, спасти плод не удалось.

Каждый присутствующий млел от ужаса представляя, что будет, когда вернётся господин и обо всем узнает. Однако пока была более серьезная проблема. Жену князя хоть и удалось спасти, но всё же она была ещё слишком слаба, чтобы прийти в себя, а после услышать страшное известие.

Первые слова Ядвиги, когда она очнулась, были:

— Он жив?

Рядом послышался сдавленный голос старика лекаря:

— Мне очень жаль, моя госпожа, но ничего нельзя было сделать…

Бедная, убитая горем княжна ощутила, как горло сдавил тугой спазм.

— Уйдите, — закрывая руками лицо, протянула она, опасаясь не вынести рвущие изнутри отчаяние и безнадежность.