Баба Яга: Начало бессмертия

— Мне казалось, что… — тут она умолкла, вспоминая, что Любица никогда ничего не делала без дела и надобности и, даже тихо напевая, продолжала просвещение.

— Ты готова? — спросила старшая.

— Да, — Ядвига раскинула руки в стороны и запела звонким сладким голосом.

Она закрыла глаза, отдаваясь силе заклинания. Тело само собой стало раскачиваться из стороны в сторону, кружиться, изгибаться, плавно уходя в танец. Любица плясала рядом, не обращая внимания на тяжесть, сковывающую движения. Она набирала полные ладони воды и окропляла ею красную голову молодой девы, что призывала жену Перуна и просила ниспослать благодатный дождь на сухую землю.

Постепенно стихли горячие порывы ветра, воздух в округе наполнился сладким благоухающим ароматом свежести, наполняющим грудь и придающим силы. На небе медленно начали стягиваться тяжёлые темные тучи, пряча за собой палящее солнце. Вдалеке послышались первые тихие раскаты грома, стремительно набирающие силу. Блеснула молния, и на белое лицо юной жрицы упали первые прохладные капли.

Ядвига подняла лицо вверх и открыла глаза, с восторгом глядя на отяжелевшее небо. С каждым мигом капли дождя капали всё чаще и чаще, пока не стали проливным неукротимым ливнем, звонко барабанящим по потемневшей водной глади реки и питающим сухую землю.

— Всё получилось! — воскликнула она, щурясь и задыхаясь от восторженного смеха.

— Иначе и быть не могло. Я была в тебе уверена, дитя.

Ядвига кружилась, смеялась, ловила губами дождь, пока Любица любовалась дивным видением, ощущая, как в душе разливается любовь к этому невинному ребенку с непростой долей.

— Отчего же ты печалишься? — спросила девушка, хватая наставницу за руки и увлекая её в речной хоровод. Любица тепло улыбнулась в ответ и, отдаваясь заразительной радости, пустилась в пляс.

Вернулись одаренные домой только тогда, когда небо просветлело, а землю залил холодный лунный свет.

В каменной печи потрескивали дрова, разнося по избе тепло и наполняя её уютом. Женщины сидели неподалеку, сменив мокрые рубахи на сухие, и перебирали в руках высушенные травы.

— Корень этой травы — лекарство. Стебель — яд. Листья — еда. Запомнила?

— Да, — кивнула юная дева.

После Любица отложила растение в сторону и достала с полки большую черную книгу, обтянутую кожей. Набрав побольше воздуха в лёгкие, она сдула с неё пыль и закашлялась, разгоняя пыльное облако.

— Давно я её не брала в руки.

Женщина любовно провела рукой по чёрной обложке.