Заговор русской принцессы

Петр отмахнулся:

– Уйди, Евдокия, не до тебя мне нынче!

– К кому же ты так торопишься, семью бросив? Уж не к девке ли своей? – подбоченилась царица.

– Что ты сказала? – судорожно дернулась щека Петра. – Что еще за девка!

– Да об этом вся Москва судачит, Монсихой ее кличут! Все вечерами у нее пропадаешь да подарочками разными балуешь!

Побелевшее лицо царя застыло, напоминая маску. В какой-то момент Евдокии Федоровне показалось, что на государя накатит гнев, но уже в следующую секунду щеки размякли.

Разлепив плотно сжатые губы, он произнес срывающимся голосом:

– Не твое дело, Евдокия, тебя не спросил! К кому хочу, к тому и хожу.

– Что же у нее такого особенного, чего у меня нет? Может, расскажешь?

– Дура ты, Евдокия, с тобой поговорить даже не о чем. А может, тебе в монастырь уйти?

– Чтобы ты со своей немкой сошелся? Не дождешься!

– Вот что я тебе скажу, Евдокия, невмоготу мне с тобой жить. Кончилось мое терпение! Все равно в монастырь отправлю!

– С кем же ты сына оставишь, если меня в монастырь?

– Мамки за ним посмотрят!

– Кто же тебе разрешит меня в монастыре держать? Может патриарх? – ядовито хмыкнула царица.

 – Не даст он тебе разрешения. Грех надо иметь. А я тебе верна, и другого у меня не было! Ты муж мне, а я жена тебе.

Хлопнув дверью, Петр вышел за порог.

Глава 3

ТАЙНАЯ МИССИЯ

Получив от Василия Голицына письмо, военный министр задумался. Он не имел права на ошибку. Король не исключал военной кампании против русских, а потому ставки оказались очень высоки.

Следовало учитывать, что прежде таких писем не приходило, а, следовательно, эта могла быть какая-то хитроумная комбинация, в которой предстояло разобраться самым тщательным образом, но могло случиться и иное – Голицын действительно рассчитывал на его помощь.

Впервые князя Голицына граф Йонссон Грип повстречал в Риге в составе дипломатического корпуса. Образованный, изысканно одетый, владеющий языками, он производил весьма благоприятное впечатление.

Наблюдая за его отточенными, безукоризненными манерами, с трудом верилось, что такой экземпляр человеческой породы мог произрасти на дремучей русской земле.

Вторая встреча с Василием Голицыным случилась в Москве, куда граф прибыл во главе шведского посольства. Информаторы военного министра отмечали, что как фаворит царевны Софьи князь пользовался ее неограниченным доверием, являясь фактическим хозяином России.