Время жизни

И думать ни о чем не хотелось, слишком страшно. Хотелось покоя, тишины, и забыться. И что бы никто не трогал.

Притащив покрывало с кровати и застелив им пол у балконной двери, пристроив сверху пушистое одеяло и подушку, я завалилась прямо здесь, в ласковом дыхании свежести воздуха.

Еще недавно, до встречи с моим личным кошмаром Волковым, моя жизнь была проста и понятна.

Чудом удавалось поддерживать хрупкое состояние покоя, недоступное много месяцев. Когда боль от потерь буквально испепеляла и коробила, выедая изнутри.

Застилала весь мир, требуя невероятных усилий для существования и поддержания видимости спокойствия.

А потом боль утихла, перешла из категории острых в вид хронических, и я смогла обрести некую разновидность покоя. Такое состояние отрешенности и безразличия, когда тебе в принципе уже все равно.

И только болезнь Ани прорывала эту пелену, требуя погружения в реальный мир. А в остальном, можно было плавать на автомате, не особо погружаясь в окружающую реальность.

И меня устраивало это состояние отрешенности.

Я, словно придонная рыба, зарывшись в песок наблюдала, как сверху, в прозрачных водах, проносится жизнь в мелькании ярких стаек других рыб.

А потом, встреча с повернутым Волковым выдернула меня из моего песочного укрытия, ввергнув в водоворот запутанных событий. Лишив, с таким трудом обретенной, видимости спокойствия.

И нет, я не готова к таким порывам. Не хочу для себя перемен и даже новых возможностей. Предпочту спрятаться в песок безучастности, окопаться в отстраненности, чтобы все проходило, минуя меня.

Когда теряешь все, ничего не ждешь больше. Все, со своим местом в этом мире. Оно было, подходящее и прекрасное. А потом меня выкорчевали с корнем, бросив на обочину жизни.

***

Утро ворвалось появлением другой горничной с новой порцией лекарства и словами, что через пол часа меня ожидают в столовой на завтрак.

Девушку не удивило, что я сплю на полу у входа на балкон. Она не проявила ни малейшего интереса к этому вопросу.

Новый день сразу поблек под нависшими тенями тревожных ожиданий, длинным шлейфом тянувшихся из вчерашнего вечера.

Выйдя на балкон, окинув внимательным взглядом территорию усадьбы и раскинувшийся за ее пределами лес, прикинула, как бы отсюда сбежать.

Выходило, что дом стоит на окраине и привлечь внимание соседей мне не светит. Забор тоже не перелезть, остается спрятаться в отъезжающей машине.

Вернувшись в комнату, еще раз осмотрелась при свете дня. Вчера было не до этого, голова с трудом соображала.