Академические будни Бабы Яги

Не теряя времени даром, я пошла к выходу из пузыря, надеясь, что практиканты не отстанут.

А они, вместо того, чтобы поторопиться, за моей спиной как с родными прощались с солдатами:

- Ну, берегите себя! Сами видите, Елень Ягинична у нас строгая, сказала, не выведет вас – значит, не выведет! Не скучайте здесь без нас!

- Так, может, вы мундиры нам вернете, если мы друзья? – жалобно заикнулся один из солдат. – И оружие…

- Эй, это, вообще-то, наш выигрыш! – тут же сменил тон Еремей. - Ты мне так-то еще и исподнее должен, но ладно, так и быть, оставь себе!

Я подавила улыбку, не оборачиваясь к своим практикантам.

Назад к Пологу Туриславы мы вернулись без приключений. Белое полотно висело на ветке дерева, развеваясь, будто знамя. Со стороны, обращенной к избушке, ткань была однотонной, без каких-либо следов вышивки, и на миг я засомневалась, что ход сработает в обратную сторону. Однако затем порыв ветра чуть приподнял угол ткани, и за ней я разглядела часть нашей с Деваром комнаты, а в ней – раненого Павла, и суетящихся рядом с ним Ирию и Туриславу.

Девар сидел на земле рядом с Пологом, прислонившись спиной к стволу дерева и прикрыв глаза.

- Все в порядке? – поинтересовалась я.

Змей показал мне кошель со спрятанным внутри артефактом Ваира и слабо кивнул:

- Еле нашли. До сих пор весь мир будто через вату чувствую.

Я прислушалась к себе. Ощущения были схожими, но в пространственном пузыре я напиталась силой, и сейчас отходила значительно легче Девара, которому повезло меньше.

Оставив Змея, я задержалась на миг, чтобы попрощаться с избушкой. Верная боевая подруга переминалась с ноги на ногу у края поляны, и я ощущала исходящее от нее чувство неприкаянности.

Я прижалась к теплому, нагретому солнцем боку, замерев на минуту, а потом вскинула руку, будто хотела смять в пальцах невидимую паутину. Многочисленные чары схлынули, подчиняясь моей воле. Исчез забор с черепами, растворился в небытии полуголый бармен, а пространственная магия лопнула мыльным пузырем, оставляя внутри избушки одинокую комнату с печкой.

- Уходи отсюда, - попросила я подругу, гладя по теплому боку. – Опасно здесь стало. Найди другую поляну, хорошо? И меня забудь, от меня только хлопоты да беспокойства. Ты теперь свободна. Не серчай, если что. Глядишь, однажды свидимся…

Избушка глухо что-то мурлыкнула в ответ и я, утерев навернувшиеся на глаза слезы, пошла прочь. У самого полога меня дожидался Девар.