Академические будни Бабы Яги

Он вел себя идеально, смотрел на Марьюшку с любовью, окружал ее заботой и лаской, но внутренний скептик во мне все не желал униматься.

- Ты в нем сейчас дыру прожжешь, - пробурчал Мартин, запивая пенным квасом запеченную свиную голень. – Что ты так на него пялишься?

- Понятия не имею, - неохотно призналась я. - И хотелось бы за них порадоваться, да вот не верю я в большую и чистую любовь с его стороны. Ведь это так удобно – сделать виноватой колдунью, спихнуть всю вину на ее магию, а самому остаться в этой истории исключительно положительным персонажем!

- Брось занудствовать, - фыркнул фей.

– А вдруг у них и правда любовь, ради которой они смогли побороть злые чары?

Я в сердцах отодвинула тарелку с одиноким соленым груздем на ней и скептически посмотрела на Мартина:

- Ты и впрямь такой непробиваемый романтик, или притворяешься, чтобы меня позлить?!

Фей сыто откинулся на спинку скамьи и насмешливо пожал плечами. Настроение у него было вполне хмельное, поэтому разговоры «за жизнь» он поддерживал охотно:

- Знаешь, без чего не бывает любви? – многозначительно спросил он и, выдержав драматическую паузу, вздел к потолку указательный палец и важно резюмировал, - без доверия! Они хотят друг другу доверять.

Молодцы, так и нужно! Это их дело. А ты свое мнение можешь оставить при себе! Пригодится, когда будешь в своих отношениях с пижончиком разбираться!

- Не пригодится, нечего там разбираться. Сандер меня однажды спрашивал, могла бы я за ним на край света пойти. Я ему не ответила, - кисло призналась я.

Мартин торжествующе кивнул в сторону князя и княгини:

- Вот поэтому они сейчас вместе, а вы – порознь!

Аппетит пропал окончательно. Я мрачно положила на стол деревянную ложку, дожидаясь окончания пира.

…На следующий день князь и княгиня проводили нас к лодке, щедро одарив на прощание.

- Чужаков мы в Светлояр не пускаем, - произнес князь, пожимая мне руки, - но вы для нас не чужие. Приходите в любое время. Вам в нашем городе всегда будут рады.

А Марьюшка, крепко обнявшись на прощание, сунула мне в ладонь алую шелковую ленту.

- Вот, - произнесла она шепотом. - Это последний дар моей матушки. Мне он уж теперь без надобности, а тебе, Яга, может и пригодиться. Спасибо за все!

- И тебе спасибо, - от чистого сердца произнесла я, догадываясь, какой щедрый подарок только что получила. – Рада, что ты нашла свою любовь, и, надеюсь, она тебя не разочарует. Будь счастлива!

…Мы тепло распрощались, а после погрузились в лодку.