Академические будни Бабы Яги

– Он очень обрадуется нашему появлению?

Усмешка мигом сползла с лица Девара. Змей тотчас же посерьезнел, спустил ноги с кровати и требовательно наклонился ко мне всем корпусом.

- Рассказывай! – скомандовал он.

Я устало плюхнулась рядом и стала излагать последние новости. Девар внимательно слушал, не сводя с меня золотисто-черных глаз с вертикальным зрачком. В них плескались одновременно любопытство, тревога и что-то еще, до конца мной не узнанное. Закончив рассказ, я обхватила ладонями повинную голову и обреченно спросила:

- Сильно я напортачила, да?

- Угу.

Змей был на редкость неразговорчив. Я молчала, ожидая от него более развернутого ответа, но он только вздохнул и обнял меня за плечо, прижимая к себе. Пальцы профессора погладили мою руку, подбадривая. Жест вышел слишком личным, и я недоуменно уставилась на Горыныча.

- Что? – не понял он.

- Рука.

Змей усмехнулся и нехотя убрал руку с моего плеча.

- Ну, я подумал, что ты теперь девушка свободная… - невозмутимо произнес он, хотя в глазах все же проскользнуло что-то, отдаленно похожее на сожаление.

Гм… Неожиданное заявление выходит. Я осторожно отстранилась и покачала головой:

- Зато ты не особо свободный. Видела я сегодня твою Настасью, она рвет и мечет. Когда ты с ней собираешься поговорить и объясниться?

Вопрос попал не в бровь, а в глаз. Горыныч поморщился, будто я плеснула ему в лицо ушат ледяной воды.

- Умеешь ты испортить момент, - недовольно пробурчал он.

- Видимо, никогда, - обреченно констатировала я, даже не особо удивившись.

Хотел бы – давно уже извинился. Значит, не хотел…

- Не думаю, что я тот человек, который нужен Настасье, - наконец признался Горыныч. – Да и она сама стала это понимать. Я весь в науке, а она постоянно требует внимания и обижается, если его не получает. И после каждой ссоры норовит провести со мной беседу на тему моего неправильного поведения.

- Настасья пыталась тебя воспитывать? – хмыкнула я недоверчиво.

- Ну да…

- Бедняжка!

- Я?

- Нет, она, - покачала я головой.

– Бедная Настасья поставила себе заведомо невыполнимую задачу. Тебя перевоспитывать слишком поздно. С таким как ты нужно либо смиряться, либо расставаться. Третьего не дано.

Змей невесело улыбнулся. Он и сам это прекрасно понимал, и, видимо, не один год.

- Поэтому ты и выбрала Сандера? – неожиданно спросил он. Я напряглась, почувствовав, что разговор выруливает в опасное русло, но Горыныч продолжил: - Сама из той же породы, что и я.