Нашла коса на камень, или приручение строптивого монарха.

Я ойкнула и до самых глаз натянула на себя одеяло. Первыми шли мужчина и женщина в очень красивой, но давно устаревшей одежде, напоминающей мне фильм про времена правления Людовика Четырнадцатого. Кругом одни рюши, кружева, накидки, шлейфы… и вообще было непонятно, где начиналось одно и заканчивалось другое. Но от всего наряда веяло шиком, дороговизной и величием, как, собственно, и от самой походки коренастого, склонного к полноте мужчины с цепким взглядом черных глаз и его прекрасной спутницы в струящемся золотистом длинном платье с ажурным воротником-стоечкой.

Зеленоглазая красавица смотрела на меня с волнением и затаенной надеждой. Головы этой пары украшали тонкие венцы с самоцветами.

Двигаясь тихо и быстро, из-за спин монарших особ словно тени выскользнули слуги, поставив рядом с моей кроватью два массивных кресла, лакеи поспешно удалились.

Я с трудом сглотнула. Даже не смотря на укрывавшее меня одеяло, чувствовала себя неуютно рядом с разодетой в пух и прах парой.

- Геля, ты уже просветила свою сестру о произошедшем? – голос венценосной дамы прозвучал словно колокольчик.

- Нет, мам. Вы же с отцом сами сказали не пугать ее, а как только очнется, позвать вас!

Королева перевела на меня свой взгляд.

- Дорогая! Не переживай, мы тебе все сейчас объясним. Но сначала я хотела бы знать, что именно ты помнишь последним, прежде чем… очнуться здесь?

По скрестившимся на мне пытливым взглядам я поняла, что от меня ждут ответа, но собрать разбегающиеся мысли было очень сложно.

Я покашляла, прочищая горло, и произнесла:

- Я помню, что выпала из окна квартиры на шестом этаже, — и нахмурилась, не узнавая свой собственный голос. — Скажите, я сильно пострадала? В смысле, как долго я была без сознания и меня лечили?

Мои венценосные посетители переглянулись.

— Детка, не хочу тебя пугать, но, как уже, наверное, понимаешь, ты находишься не в своем мире. Существует великое множество миров, но действительность такова, что, ни в один из них нельзя переместиться в собственной физической оболочке.

Перемещаются только освободившиеся души и только в тело, свободное от души или, вытесняя более слабую душу.

Возможно, мне это только показалось, что в глазах королевы заблестели слезы, но женщина быстро взяла себя в руки и тихо добавила:

— Твоя душа вытеснила из тела спящую душу моей младшей дочери, отправив ее на перерождение.

Я с гулко колотящимся сердцем выслушала эту длинную тираду и последнее шокирующее откровение.