Нашла коса на камень, или приручение строптивого монарха.

Вот, пожалуйста! - Поставил он около императора большую корзину. Но, если не прогневаетесь, мы осмелились добавить еще хлеба и зеленого лука. А еще вина.

— Спасибо, Ганзель! — улыбнулся мужчине Эдуард.

А потом мы еще долго сидели у догорающего костра и уютно молчали, изредка перебрасываясь парой слов. Потом ждали, когда испечется картошка, потягивая очень вкусное вино из узких бокалов, предусмотрительно положенных поваром в корзину.

Ночь потихоньку вступала в свои права. На чистом небосводе высыпали мириады ярких звезд, а в камышах начали свой концерт неугомонные лягушки.

Мужчина прутиком выкатил из углей горячие картофелины и начал перекидывать одну из одной руки в другую, дуя на нее.

- Эдуард, не надо, обожжетесь! Пусть полежат пока, сами остынут. - Император оставил картофелину в покое и посмотрел на меня.

- Как в ваших устах нежно звучит мое имя. Я всегда его считал очень грубым.

- Да ну что вы! А как же, уменьшительно-ласкательное?

- Это как? – Мужчина удивленно наклонил голову, ожидая ответа.

- Ну как – как. Как-то же вас звала матушка в детстве?

- Да. Эдуард.

- Мда, мне невольно стало жалко маленького мальчика, которого даже родная мать называла так сухо — официально. Я не стала говорить, что можно его было называть Эдиком. Но нашла кое-что другое.

— Зато вам имя Эдуард очень идет!

— Почему это? — поднял он в удивлении бровь.

- Имя Эдуард означает «страж богатств», «хранитель владений». Так что вы полностью его оправдываете, не позволяя растащить богатство вашей страны и делая всё, чтобы сохранить свои владения.

Пристально глядя в глаза, мужчина взял мою руку и поцеловал. Его теплые губы словно огнем обожгли тыльную сторону моей ладони, а жесткие волоски усов и бороды пощекотали ее.

- Ой! Уже картошка почти остыла! Ощутив неловкость от такой неожиданной ласки, я постаралась перевести разговор на другую тему.

А потом мы ели картошку с зеленым луком и хлебом и запивали вином. Странное сочетание, но мне показалось тогда, что ничего вкуснее и быть не может!

Но вот я почувствовала, что наши посиделки слишком затянулись, пора бы и расходиться.

- Вингельмина, вы не передумали? Может, пойдете спать в свой шатер?

— Нет-нет, не беспокойтесь! Я привыкла ночевать у реки в спальном мешке.