Вороны вещают о смерти

Черные пальцы прошли сквозь мое полупрозрачное тело, как сквозь воду. От них исходил холод – хотя мы оба были одинаково неживые и холодные. А потом от боли потемнело в глазах.

Воспоминания обо всем плохом заново ожили и пронеслись через меня. Горе, обида, печаль. Все острое и яркое, как в первый раз. Все до мельчайших деталей. Со временем память сглаживает углы, кое-что забывается, и мы не тащим с собой этот груз через всю жизнь. Но Лихо умел вытянуть на поверхность даже то, что, казалось, забыто навсегда.

Когда-то он говорил, что духи боятся его из-за способности заставить пережить заново самые худшие моменты жизни. Но я не собиралась бежать от своей боли. Я надеялась ее использовать.

Когда он выдернул руку из моей души и картинки перестали мелькать в памяти, без сил я вцепилась в его мантию, зажмурилась. Потребовалось время, чтобы буря внутри чуть поутихла. И ещё немного времени, чтобы понять, что на этот раз в памяти всплыло кое-что новое. Потом подняла на Лихо затуманенный взгляд.

– Я вспомнила Томиру.

– Женщину, которую обвинили в колдовстве?

– При нашей последней встрече она сказала что-то вроде: “помогаешь даже после того, что я тебе сделала”. С тех пор я думала об этом, но вспомнила только сейчас.

Я потерла глаза, откинула с лица волосы и устало облокотилась о дерево рядом с Лихо. Нахмурилась. Почему-то сосредоточиться на воспоминании было сложно.

– Ребенком я часто гуляла одна из-за цвета волос.

– Усмехнулась в ответ на вопросительный взгляд духа. – Рыжие волосы и жёлтые глаза – это ведь первый признак колдуньи. Ну и некоторые взрослые запрещали своим детям водиться со мной, так, на всякий случай. Однажды я вышла на лёд. Видимо, он был слишком тонким и проломился. Я свалилась в реку, но успела ухватиться за льдину прежде, чем течение унесло под лёд. Испугалась до полусмерти. Томира в тот момент стояла неподалеку. Она могла бы помочь или позвать кого-нибудь, но просто стояла и смотрела какое-то время, а потом развернулась и ушла. Она словно хотела моей смерти. Может, боялась, что вырасту в колдунью? Почему-то потом я напрочь забыла, что видела ее в тот день. Так странно. Оказывается, я много чего забыла.

– Но какой теперь в этом толк? Хочешь знать, к кому ещё являться по ночам?

– Нет. Или да. Подожди, я ещё не решила, на кого злиться.

Стоя у края леса, мы наблюдали, как медленно гаснет день.