Магистерия

Он странно отреагировал на мой жест: остановился посередине дорожки и развернулся ко мне. Из-за плохого освещения я не смогла разглядеть выражение его лица, но мне показалось, что глаза снова стали мутными.

А потом он резко дернул меня за руку, сошел с дорожки и повел среди деревьев. Шел быстро и целенаправленно, я еле успевала уворачиваться от торчащих веток.

— Э-э-э, а куда мы идем? — несмело поинтересовалась я. Такой Джер реально пугал, как и вся ситуация. Но противопоставить ему мне было нечего.

Два десятка ледяных капель, собранные на всякий случай, летели за мной скорее для успокоения нервов. Я пока выжидала, пыталась понять, что вообще происходит.

— Надо прояснить пару вопросов, — пробормотал он и снова дернул меня за руку, вынуждая двигаться быстрее.

Через несколько минут мы оказались в глухой части парка. Небольшая темная полянка, освещенная только ночным небом, была плотно огорожена деревьями и густым кустарником, продираясь сквозь который, я исцарапала руки и ноги.

На смену страху постепенно приходила злость, но я пока сдерживалась: Джер ведь не просто так стал странно себя вести. А если я не знаю причины — это не значит, что ее нет.

Он вывел меня в центр поляны, отпустил руку, поставил двойной защитный контур и сферу тишины. Я с удивлением следила за всеми этими приготовлениями и все еще ничего не понимала.

— Вот теперь можем поговорить, — как-то хищно произнес боевик и повернулся ко мне. — Кто ты такая?

Его пристальный взгляд прямо в глаза заставлял стоять на месте и не шевелиться.

— Гелла Марлоу, — чуть помедлив, ответила я и попыталась стряхнуть оцепенение. — У тебя с памятью плохо?

— А настоящее имя? — спросил он, прищурившись и продемонстрировав: не верит.

— Гелла. Марлоу, — повторила я. — А до перехода была Марельес. Но фамилии всем меняют, сам знаешь.

Джер приблизился ко мне, заставив отшатнуться.

— Все-таки боишься, — усмехнулся он, — это хорошо…

А мне действительно было жутко: темная ночь, неадекватный маг и полог тишины кого угодно заставят напрячься.

— Можешь не называть имени, — милостиво разрешил он. — Ты все равно прокололась. Или сможешь объяснить мне, как девчонка из ниоткуда, без силы, родственников и связей поступила в Магистерию, да еще и на платное?

Я могла бы честно и подробно ответить на этот вопрос, но накопившаяся злость и врожденное упрямство взыграли.