Магистерия

Во втором зале библиотеки, где я мельком видела подробную карту, Великий барьер формировал одну из границ Эндории. Нам вообще повезло, первые переселенцы выбрали очень удачное место для страны: на севере и востоке была Вирия, на западе — густые леса и выход к морю, а на юге как раз барьер — загадочные практически отвесные скалы, преодолеть которые пока не удавалось никому.

Я вздохнула и снова попыталась достучаться до Джера:

— Я все понимаю, но ты ошибся с выводами. Я правда выросла на Альме, а после переселения жила в деревне.

Никакой мистики, никаких кароев. Извини, если не оправдала твоих надежд.

— Не верю, — сердито ответил он и сжал челюсти.

— И как будем проверять? — полюбопытствовала я. — Есть идеи?

Парень окинул меня задумчивым взглядом, а потом посмотрел на мою прическу и кивнул.

— Призови стихию.

Я ахнула. Любой маг мог призвать в свидетели покровителя. Этим пользовались, когда приносили, например, клятву или присягу. Но в обычной жизни никто никогда не звал столь серьезного свидетеля, чтобы просто подтвердить истинность своих слов.

Божественные сущности мыслят иными категориями, и мало ли, как могут расценить подобный поступок.

— Боишься, — насмешливо заключил Джер, — значит, я прав.

Я прокрутила в голове все аргументы за и против, посмотрела на упрямо хмурящегося мага и поняла, что у меня просто нет другого способа доказать ему истинность своих слов. Он будет искать все новые и новые подтверждения своей теории, просто потому что отчаянно хочет принять желаемое за действительное.

Я отвернулась от спутника, закрыла глаза и настроилась. А через несколько мгновений сделала первый шаг и пошла на зов стихии. Я чувствовала небольшой пруд неподалеку, он-то и был мне нужен.

Когда я подошла к границе защиты, Джер убрал купол. Он понял, куда я иду, и спокойно шагал следом, контролируя мой путь.

Через несколько минут мы действительно вышли к пруду. Ветра не было, вода была спокойной и абсолютно гладкой, и из-за темноты казалось, что передо мной не родная стихия, а черный металл с редкими серебристыми бликами.

Я остановилась на берегу и развернулась к Джеру, в надежде все-таки достучаться до его разума.

— Почему ты мне не веришь? — спросила я, а потом поняла, что, кроме всего прочего, в моем голосе прозвучала изрядная доля обиды. Действительно, мы вроде так хорошо общаться начали, и вдруг такое.

Мужчина приподнял одну бровь.

— А должен?

Я покачала головой. Нет, не должен.