Дракон вредный, подвид мстительный

Дорину и Валетту тоже отсылали – девушки шли контролировать загрузку мешков в подвал.

Пенелопу определили учитывать и проверять инвентарь – то есть считать и осматривать лопаты перед сдачей завхозу. Она тоже ушла, помахав на прощание рукой.

Все ушли. Я осталась одна. Под дождём и с заданием: «Августа, а ты сторожи мешки с клубнями». Словно тут, в абсолютно безлюдных скалах, их может кто-то украсть!

Про кшэрра я в этот момент не вспомнила, просто стояла и молчаливо возмущалась целесообразности процесса.

А Форгин словно почувствовал:

– Сторожи как следует, – препод сурово погрозил пальцем.

– Ты просто не понимаешь, насколько это ценный и вкусный продукт.

Да, я не понимала и понимать не стремилась. Мне не нравилась эта жуткая погода и подступающий насморк. Я вообще продрогла, ноги устали, и дико хотелось очутиться в тепле и уюте.

Но самое неприятное – всё это огородничество действительно не имело ни малейшего отношения к службе. Будь мы на марш-броске или какой-нибудь учебной операции, я бы и не пикнула, а тут…

Глава 23

Колонна нагруженных первокурсников растворилась между скал, а я с досадой пнула небольшой камешек.

Тот полетел по дуге и упал на перекопанное «поле». Я поёжилась и заозиралась вокруг.

Не знаю почему, но вспомнилось о ключе. Положив руку на грудь, я попыталась нащупать находку через несколько слоёв одежды, но безуспешно. Храм Обретения говорите? Серьёзно? Я выдохнула и прикрыла глаза, вспоминая ту самую легенду…

Легенду, которая наглядно показывает, что сам факт существования Храма неправда.

Ибо произойти такого, конечно же, не могло.

Наши знания о прошлой цивилизации были обрывочными и очень скудными. Мы даже не представляли, как выглядели предшественники, но исследователи лелеяли вывод, что внешне они походили на нас.

Может не точь-в-точь, но с руками, ногами и головой; в статьях их называли «человекоподобные». И было у этих человекоподобных два бога – Светлый и Тёмный. Первый олицетворял день, а второй – ночь.

Вот однажды, разглядывая мир смертных, боги узрели прекрасную деву.

Реконструкторы мифов приводили много эпитетов, давали детальную расшифровку этой «прекрасности»: красивая, здоровая, умная, невинная… и ещё сотня слов.

Но в оригинальной дощечке с обрывком легенды стояло лишь одно «цельная». Именно эта цельность богам и не понравилась. Разозлила Светлого и Тёмного настолько, что они поспешили эту цельность разбить.

Раз, и всё… Душа девы превратилась в осколки, разбросанные по всему свету.