Дракон вредный, подвид мстительный

В висках всё сильнее стучало: помощь. Помощь! Она должна появиться!

И когда стало ясно, что всё хуже не придумаешь, эта самая помощь пришла.

– Эй, Августа! – крикнули из полумрака нового коридора, и я споткнулась, не сразу своим глазам поверив.

Дор. Мой брат. Родной, любимый, хороший! Он был облачён в самую обычную одежду и активно махал рукой.

Я помчалась к нему. Хотела броситься на шею, но Дор остановил:

– Тише. Не сейчас.

После этого он нажал на что-то в стене, и образовался проём.

– За мной, – Дор мотнул головой и первым нырнул в проём.

Я за ним. Прошла, чтобы осознать себя в следующем коридоре всё того же лабиринта.

Только здесь пауков не было, все они поджидали добычу в другом месте.

– Как ты узнал? – выдохнула я изумлённо. – Про этот ход?

– Не важно, – отмахнулся брат и указал направление. – Соберись, Августа. Мы должны успеть до того, как проснётся мать.

– Чья мать? – непонимающе нахмурилась я.

– Ну не наша же с тобой! – логично рассердился Дор.

За стеной раздался неприятный звук, этакий многоголосый вопль разочарования.

Густой, гулкий, пугающий! От такого я была готова бежать сломя голову через любые тайные ходы.

И я помчалась за Дором! И пусть к разговорам ситуация не располагала, следовало беречь дыхание, но я крикнула:

– Как ты узнал, что я здесь?

Брат, не притормаживая, махнул рукой – мол, да подожди ты со своими вопросами.

И я бы подождала. Более того, я послушно закрыла рот, в намерении подчиниться, но что-то внутри зудело и протестовало.

Почему именно Дор? Почему он один, без Дина? И совсем без оружия? Ведь если я пропала и объявили спасательную операцию, к которой привлекли даже моих братьев, Дор должен быть экипирован. Да он без экипировки даже на пикник не выйдет!

И откуда ему известны тайные проходы этого лабиринта? Нет, я в курсе, что он одно время прямо-таки грезил символами древней цивилизации, но не до такой же степени?

В итоге я остановилась и крикнула, продолжающему бежать брату:

– Дор! Как звали мальчишку, который поцеловал меня, когда мне было двенадцать, и которого вы с Дином потом запугали до полусмерти? – печальная история, кстати.

Парня полгода поили отварами, чтобы снять заикание. Ко мне он больше, понятно, не подходил.

Дор притормозил.

Остановился, обернулся…

– Да какой ещё мальчишка? Августа, сейчас не до этого.

Угу. Кому как, а мне было важно услышать.

– Как звали мальчишку? – раздражённо повторила я.

Дор закатил глаза.

Вообще он это любил.