Кровавая Ведьма

Цветана Далеборовна особыми талантами не отличалась. Но будучи ведьмой-травяникой, лихо чувствовала жизнь, в малейших ее проявлениях, будь то хоть новая тропинка, хоть взрослый мужик в огромном лесу. Но и памяти у нее было, что у тех кустов — на сегодня накричит за проступок, а на завтра уже и не вспомнит. От того и бегали от нее все подряд, зная, что если сразу не догонит и не отругает, то потом и вовсе не станет.

Как она со способностями такими место секретаря при Верховной занимала, так и не понял никто. А может, ее провалы в памяти как раз тем объяснялись, что все мысли ее были только о бумагах?

К сожалению, меня она знала, как и я ее.

А, может, оно и к лучшему — начни меня незнакомая наставница отчитывать за вторжение, пришлось бы краснеть перед гостями-то!

Гости вообще, в школе не редкость, особенно перед началом приема. Многие отцы хотят посмотреть, где их дочки жить, да учиться будут.

И потому я спокойно соскользнула по подставленному Горынычу крылу, да лихо спрыгнула на землю, являясь под бдительный взор Цветаны.

Судя по тому, как он смягчился, она меня тоже признала сразу, да еще и затараторила:

— Ох! Глазам своим не верю! Как же ты так припозднилась, девка?

Ну да, имена учениц она не запоминает тоже. Хотя список всех учениц составить по памяти очень даже может!

— И вам здоровьишка, Цветана Далеборовна, — кашлянув в кулак, поприветствовала я ведьму. — Как дела?

— Да уж твоими молитвами, — переведя взгляд с меня на Горыныча и обратно, вмиг нахмурилась травяника, сердито махнув просторными рукавами длинного зеленого платья.

— Что делаешь здесь в такой час, да еще с охальником этим? Верховная-то еще утром уехала!

— Да знаю, — окончательно затосковала я, тайком пытаясь рассмотреть стоящего недалеко от ведьмы мужчину, да тайком показывая Горынычу кулак. — А вы чего тут в такой час?

— Так я это, — почему-то растерялась Цветана, отбрасывая за спину одну из своих шикарных, не побоюсь этого слова, светло-золотистых, с легкой рыжинкой кос. — Гостю нашему школу показываю.

Горыныча вот, представить хотела, что б боком не вышло чего!

— А, понятно, — уважительно покивала. Чужака рассмотреть так и не получилось, на него аккурат громоздкая тень Горыныча падала. Разве что тонкий, стройный силуэт кого-то молодого углядела. И прищурила один глаз, невинно спрашивая. — Ну, мы это? Пойдем?

И тут силуэт дрогнул:

— Подождите

— Чегось? — невольно окосела я, замирая на месте.

А силуэт тем временем шагнул вперед, выходя на свет факелов.