Кровавая Ведьма

Но и у большого костра она не сидела — слишком жарко ей было, да боязно. Вот она всегда и собирала себе отдельный костерок.

Видя, что сборы ее закончены, я лениво протянула руку и скинула с пальцев искорку. Она тут же упала на сухие веточки, и занялся огонек.

Удовлетворённо кивнув, куколка принялась дальше заниматься своими делами.

А я не сразу заметила, как на поваленную березу подле меня опустился Волк. Да спокойно так опустился, буднично, будто всегда так и было.

Будто последние года мы с ним только так вечера коротали!

— Как душа амарантовой феи оказалась в теле куклы?

Я едва поморщилась, но протянутую мне кружку приняла.

Особой тайны в этом не было, да и гробовая тишина за день порядком надоела. И потому, сделав глоток, я пояснила, раз уж он всё равно ее истинную суть распознал:

— Полуденицы.

— Те самые? — вскинул брови маг. — Снова?

— Они же, — тихонько вздохнула я, наблюдая за тем, как Лили неподалеку уселась на камушек и принялась гребешком прочесывать свои шикарные локоны, переливающиеся чистой медью в свете костерка.

— Много, кто слышал об их сокровищах, и о том, как их заполучить. Но мало кому это удавалось. И те, кто выжил, обычно не рассказывают о том, какого это на самом деле.

— А ты?

Я пожала плечами, грея руки о деревянную кружку. На удивление чай в ней оказался весьма вкусным, из свежих малиновых листьев.

— А что я? Я не забавы ради это делала, и не чтобы на весь свет похвастать. Сложно было жить у чужих людей, за душой не гроша не имея.

А как заработать — в любом городе выбор для обычной девки не велик.

Мужчина в ответ на это сначала промолчал. Сидел он спокойно, расслаблено руки на колени положив, и смотрел не на меня всё время, а куда-то в сторону большого костра.

И вдруг негромко заметил:

— У тебя и без нечисти были деньги. Счет в имперском банке на твое имя всё еще открыт.

Я презрительно хмыкнула:

— И даром мне эти деньги не сдались, на крови замешанные. С полуденицами связаться было опасно, но куда как честнее.

— Учту, — язвительно, но как-то... понимающе, что ли, усмехнулся Волк.

— Уж как есть, — извиняться за это я не собиралась, но и настроения снова ворошить наше общее прошлое не было. — Простого путника эти твари обмануть еще посмеют, но ведьму — никогда. Обещание ими дается перед всей местной нечистью, что собирается после заката у черного костра, на стыке их поля и ничейного леса. И обратного хода нет.