Кровавая Ведьма

Он потому узел и заколдовал, а не мои руки! — Следилку нацепил!

— Не без этого.

У меня от неожиданности даже руки опустились. Вот как... как у него язык-то поворачивается?!

— Но в первую очередь, — едва ступив вперёд, мужчина коснулся пальцем камня, который вспыхнул на миг, активируясь, и погас, притворившись бездушной стекляшкой. — Это оберег от волков.

Я изумленно моргнула.

— Что, прости?

— Что слышала. Оборотень, волколак или обычный зверь теперь не сможет подойти к тебе ближе, чем на версту.

Но я снова отшатнулась, качая головой, будто не слушая, о чем он говорит.

А еще... Еще я смотрела на него, в эти черные, бездонные глаза, и всё еще не могла ни понять, ни принять. Почему он ведет себя так?!

— Хотя, — внезапно усмехнувшись, да невесело так, вдруг произнес Волк, едва дотронувшись до моей щеки пальцами. — Ты сама как зверек, загнанный в ловушку.

— Тогда выходит, — не сдержавшись от внутренней дрожи, зло хмыкнула я, его руку перехватывая. Терпеть тепло его пальцев в такой момент стало просто невыносимо — как издевательство какое-то! — Что в первую очередь, оберег мне нужен от тебя?

— Выходит, что так, — согласился он.

— Легко у тебя всё, — уж не знаю, как так вышло, но всё это время я смотрела только на него и взгляда не отводила. И сама не заметила, как от обиды, уже не жгучей, а какой-то детской, начала дрожать нижняя губа. — Вот только если б существовал такой амулет, я бы его давно нашла!

— А ты искала?

— О, поверь!

— Я бы поверил, Доминика, — внезапно усмехнулся Волк, так низко, чуть хрипло и вкрадчиво, что у меня невольная дрожь по рукам прошла.

— Если б девять лет назад ты выбросила кифорскую куклу.

О чем он говорит?..

— Нет! — и я отпрянула, зажимая рот ладонью, еще до конца не понимая... но уже начиная догадываться.

И тут весь корабль тряхнуло!

Да так, что на ногах удалось устоять с трудом, пришлось поперек недавнего разговора и здравого смысла за мужчину хвататься!

Но и он сам придержал меня быстрее, чем старое дерево перестало со всех сторон сразу скрипеть.

И выглядел не изумленнее меня, разве что голову сразу вскинул, прислушиваясь к шуму наверху.

А там, где-то на палубе, тут же застучали шаги, раздались громкие крики и многоголосный, нестройный клич, в котором даже мне легко угадывалось пресловутое «свистать всех наверх!».

Ух ты ж. Неужели на мель сели?

— Что происходит? — первой всё ж не выдержала я.

— Не знаю, — едва на меня глянув, маг, наконец, отпустил меня.