Гора в объятьях облаков

Другая сжала талию, в следующий момент сместившись к шее. Я не понимала, что происходит, так это отличалось от всего, что было в моей жизни раньше. Эти длинные пальцы, огненные губы, казалось, блуждали везде. Не затрагивая самых чувствительных мест, тем не менее они вызывали такой жар в теле, что я начинала задыхаться. И это все через тонкий слой ткани!

– Что… что ты делаешь? – прикрыв глаза, вздрагивая всем телом от поцелуя в шею и легкого нажатия на низ живота, просипела.

– Изучаю тебя, – низко и хрипло ответил тенгу.

В голосе проскальзывало какое-то рычание, звериное, и едва сдерживаемое нетерпение.

Шнурок на талии резко дернули и разгоряченной кожи коснулся прохладный воздух. Огненное прикосновение губ к животу заставило вскрикнуть. Я чувствовала себя инструментом, который настраивают перед каким-то концертом. Все тело пылало, перед глазами плясали пятна. Волны дрожи прокатывались она за одной, из горла вырывались какие-то всхлипы. Длинные пальцы скользнули под кружевной край белья, а в губы впились яростным поцелуем, отчего перед глазами вспыхнул фейерверк.

Огненные искры ослепляли, тело дрожало.

– Вот так, – я губами чувствовала усмешку на губах тенгу, не соображая, что на самом деле происходит. В следующее мгновение меня прижало тяжелое мужское тело. Пьяная от удовольствия, вздрогнула от резкого, почти болезненного проникновения, вскрикнув. Это было так неожиданно, так контрастно, что я попыталась оттолкнуть ёкая.

– Тш, – мужчина прижал сильнее, не давая шевельнуться, поймав мои руки и удерживая их над головой.

Горячие губы нежно коснулись мочки уха, отвлекая, успокаивая. Перестав дергаться, прислушивалась к ощущениям и жару, что снова начал разгораться в крови. Нежные, ласкающие прикосновения губ так контрастировали с резкими, какими-то болезненно-острыми движениями тела, что я не могла сосредоточиться. Мысли вылетели из головы, тело плавилось и дрожало. Я чувствовала, что мои кисти держит одна ладонь, а вторая до боли сжимает талию. Из горла вырывались стоны, от которых звенело в ушах.

– Давай же, – рыкнул тенгу, прикусывая шею. В голове раздался щелчок, и я словно лопнула, оглохнув и ослепнув. Тело сотрясали неконтролируемые спазмы. Горло саднило. Когда я сумела открыть глаза, тенгу, все еще удерживая мои руки, нависал сверху. Лоб покрывала испарина, а на губах блуждала такая коварная улыбка, что я невольно вновь вздрогнула всем телом. Ёкай легко коснулся виска губами, выпуская мои руки.