Полуночный замок

Она тебя одними своими фиолетовыми глазюками уделает».

Досадливо закусив губу, я с неудовольствием зыркнула на собственные серо‑голубые гляделки. Потом мысленно плюнула и, привычным движением скрутив русые волосы в хвост, вышла из ванной. Интересно, прошло уже полчаса или еще нет?

Осмотрев комнату еще раз, ничего похожего на часы я так и не нашла. «Надо будет попросить сэра Донована выделить мне хотя бы одни», – решила я, собираясь уже выйти из комнаты, как вдруг зацепилась взглядом за жалюзи.

А ведь пока мы шли в башню хранителя, ни в одно окно по пути так и не удалось посмотреть.

Охваченная мгновенно вспыхнувшим любопытством и жаждой немедля увидеть другой мир, я метнулась к окну и отодвинула жалюзи.

То, что открылось моему взору, потрясало. С высоты седьмого этажа башни хранителя я увидела чистое, окрашенное утренним румянцем весеннее небо, искрящиеся на горизонте горы и, главное, Полуночный замок.

Он был огромен! Построенный из иссиня‑черного камня, замок при этом имел весьма нестандартную форму многолучевой звезды.

Сколько всего у этой «звезды» лучей, предположить навскидку оказалось сложно, но, во всяком случае, по стороне, видимой из окна, я уже насчитала пять. Каждый из лучей, высотой в четыре‑пять этажей, заканчивался узкой башней со шпилем, на котором развевался флаг. Причем, как я обратила внимание, все флаги по цвету резко отличались друг от друга.

Ну а чуть дальше, за разбитыми вокруг Полуночного замка садами и аллеями, виднелась дуга внешней стены, отгораживающей его от остального мира.

– Красота‑а, – зачарованно прошептала я, в очередной раз не удержавшись от улыбки. – Я в сказке, в настоящей, всамделишной сказке!

Сейчас я жалела только о том, что нельзя открыть окно навстречу утреннему свежему ветру, ибо если здесь и была такая возможность, то ее весьма успешно скрыли. Даже при тщательном поиске окно казалось цельным, без ручек, замков и зазоров.

Поэтому пришлось махнуть рукой и продолжить осмотр как есть.

Мое восторженное любование окрестностями замка прервал громкий стук в дверь и бодрый мужской оклик:

– Эй, есть кто живой?

– Да! – спохватившись, крикнула я и обернулась ровно в тот момент, когда дверь распахнулась и на пороге возник высокий, крепко сбитый парень.

Его кучерявые каштановые волосы были слегка взъерошены, а темно‑зеленые глаза смотрели прямо и доброжелательно.