Полуночный замок

А уж когда принц Бернард поравнялся с нами и я увидела его легкую, приветствующую сестру улыбку, то поняла, что влюбилась. С первого мгновения, окончательно и бесповоротно. И это на его праздник съезжается куча народа? О‑о! Теперь понятно, отчего вокруг столько молодых красивых девушек!

Боясь даже вздохнуть, я провожала взглядом направляющегося к трону идеального мужчину всей своей, да и, уверена, не только своей жизни. Ожившую мечту миллионов женщин. Как же обидно, что рядом со всеми этими титулованными разряженными дамочками я выгляжу серой забитой мышью!

– Нравится? – с каким‑то досадливым смешком хмыкнул Амир.

– Он не может не нравиться, – печально признала я. – Он идеальный.

– Это точно. – Наблюдавшая за мной принцесса Анабель сочувственно улыбнулась. – Самое забавное, что при такой внешности моему брату еще и часть магии матери передалась – влиять на окружающих. Хотя с женщинами Бернарду, конечно, это и не нужно.

Да уж, за таким мужчиной можно пойти хоть на край света и без принуждения.

Впервые в жизни я понимала всех фанаток известных певцов и актеров, которые ради кумиров были готовы на что угодно. Брюнет с фиалковым взором вызывал во мне именно такие чувства. Причем, судя по восторженным возгласам и томным вздохам со всех сторон, я в подобных мыслях и желаниях была не одинока.

Внезапно гул в тронном зале стих, а принцесса Анабель и Амир одновременно напряглись. Сразу же вслед за этим прозвучал голос невидимого герольда:

– Его Полуночное высочество принц Линнелир Сирский, второй в роду на Темнейшее наследие!

Один из трех сильнейших черных магов, о которых упоминали Амир и сэр Донован! Оторвав взгляд от расположившегося неподалеку от трона принца Бернарда, я быстро взглянула в сторону дверей и вздрогнула от безотчетного страха.

Второй из сыновей короля Гарольда Сирского внешне чем‑то походил на своих братьев. Он не уступал им в росте, да и в чертах лица улавливалось что‑то сходное.

Не настолько грубое, как у наследника, но и не мягкое, как у принца Бернарда, а сосредоточенное, ледяное. Вот только в отличие от братьев‑брюнетов, королевский платиновый обруч, венчавший голову принца Линнелира, терялся в неестественной белизне его волос. Снежным каскадом они спускались чуть ниже плеч, резко контрастируя с угольно‑черными, без зрачков глазами и черной же униформой. А еще, казалось, сама аура принца Линнелира была пропитана тьмой.