АВИ-5. Провидица

А помнила я так мало, что вся моя жизнь укладывалась лишь в несколько последних недель до поступления в академию.

– Вас лишили памяти, леди? – удивился один из карашэхцев.

– Да, лер. Именно поэтому я приехала в Лир и отправилась к городскому магу. Он посоветовал мне войти в арку. Я вошла и после этого оказалась в академии.

Совет озадаченно переглянулся, но в сторону лера Огэ больше не метнулось ни одного неодобрительного взгляда: девушка ввела учителей в заблуждение ненамеренно.

– Хорошо, – наконец, вернулся к вопросам рыжеволосый.

Айра снова вздохнула.

– Простите. Я плохо помню, лер.

– А что вы вообще помните из прошлых событий?

– Долго рассказывать. Это… как сон. Или наваждение. Я не знаю. Слишком много неясного и непонятного даже для меня. Но, если позволите, я попробую показать вам через кристалл памяти.

В Ковене началось волнение, а лер Шэриан поперхнулся.

– Вы умеете им пользоваться, леди?!

– Да. Меня друг научил.

– Мастер Викран?! – окончательно изумился охранитель, но Айранахмурилась.

– Нет, лер. Мастер Викран – мой учитель. А друг, научивший меня пользоваться кристаллами памяти, некоторое время назад умер.

Рыжеволосый маг с изрядным удивлением смерил ее взглядом с головы до ног и вопросительно повернулся к леру Огэ, но тот отрицательно качнул головой – он тоже не знал, откуда ученица набралась таких знаний. Однако не возражал, чтобы она попробовала. Тем более что камень в ее ладони по-прежнему оставался черным.

– Хорошо, – согласился дознаватель, коротким щелчком отправляя девушке чистый кристалл. – Признаться, мне самому интересно взглянуть, что у вас получится.

Айра переложила камень истины в левую руку, а в правую взяла хрустальный шар и, прикрыв глаза, внимательно прислушалась к своим ощущениям. Однако подвоха никакого не нашла: кристалл был действительно чист, и ни сканирующих, ни блокирующих, и ни любых других заклятий не содержал. 

Убедившись, что и Викран не против, она приободрилась, потому что о таком варианте событий они тоже говорили, и, старательно вспоминая наставления Марсо, осторожно открыла память.

…Поздний вечер. Сумерки. Густой туман, укутывающий темный лес до самых верхушек. И мертвая тишина, словно туман вдруг выморозил в округе всякую жизнь и не оставил после себя ни звука, ни шевеления, ни легкого движения. 

Однако Айра этого не замечает – в ужасе распахнув глаза, она несется прочь, не разбирая дороги.