Тёмная печать

Объяснение хоть и выглядело правдоподобным, никак не решало вопросов, самым главным из которых был в том, как вести себя в дальнейшем.

— И с чего я так разволновалась? Он совсем не красив, к тому же чужак, который никогда не заинтересуется обделённой даром, а ещё у меня есть жених, — принцесса постаралась вызвать в голове образ императора, но почему-то тот снова стал наслаиваться на облик нового знакомца.

Наила со стоном перекатилась на другой бок.

— Проклятая печать! За что мне всё это?

Глаза начало пощипывать, и принцессе с огромным трудом удалось удержаться от того, чтобы не сдаться на волю эмоциям.

Спасительной оказалась мысль о том, что где-то далеко за неё переживают любимые сестрички, а это обязывает быть сильной и не поддаваться глупым перепадам настроения.

— Эх, Кайя, ты бы сейчас так не страдала, — помимо воли, губы Наилы тронула усмешка.

Да, её сестрица нисколько бы не мучилась надуманными страданиями, а с удовольствием воспользовалась бы подвернувшимся случаем.

А вот Наила не могла.

И дело не в том, что строгие нравственные принципы не давали ей этого сделать, нет, она была уверена в том, что печать не подпустит к ней никого, да ещё и наябедничает наречённому жениху о её недостойном поведении.

— А почему, собственно, я должна заботиться о чести жениха, который и знать-то меня не хочет? — резонно спросила сама себя принцесса, свешивая ноги с постели. И поняла: ей даже хочется, чтобы император тоже получил по заслугам. Может, тогда он заинтересуется её случаем и поможет?

Принцесса передёрнула плечами.

Нет, видеть жениха она совсем не хотела, а уж от его помощи и вовсе готова была откреститься всеми возможными средствами. Ведь если император сумеет вернуть её дар, то это будет означать только одно: из фиктивной помолвка сразу превратится в настоящую. Вот если бы тёмную использовать жениха...

Наила громко рассмеялась последней мысли. Это надо же такое придумать: втёмную использовать тёмного. Смешно...

— А, может, и впрямь рискнуть? Заодно и проверю свою татуировку в действии.

Мысль была поистине глупой. Во-первых, какое-то откровенно детское желание насолить императору. А ведь она всегда считала себя трезвомыслящей и рассудительной. Во-вторых, было очень страшно: а вдруг и впрямь печать работает? Ну и было третье обстоятельство: Наила боялась, что не сработают никакие ограничения, и она попросту окажется в полной власти тёмного. И что ей потом с этим делать?

— А ничего, — ответила она на свой мысленный вопрос.