Тёмное проклятие Инкарвиля

В шатре кормили, но не сытно и совсем не мясом, а когда сказали об исключении самых слабых, в голове у женщины созрел план. Жестокий, но действенный и беспроигрышный. Невероятная Сани погибает, тем самым гарантирует семье искусников место в шатре. Толпа, за неимением лучшего, начинает забрасывать их монетами. Насобирав достаточно, можно будет и назад в село вернуться: долг отдать и дом построить, только чтоб лучше прежнего, с крыльцом и террасой.

Я тряхнула головой, отбрасывая чужие мысли и эмоции. Беда женщины где-то в душе вызывала сочувствие, но ее хладнокровие по отношению к моему убийству… Я не понимала, как мать двоих детей может так спокойно решиться нанести смертельный удар ножом? Ведь не каждый мужчина способен на это, даже не каждый охотник.

Она не ожидала увидеть меня живой, думала, что я уже не вернусь, от того и ярость. Если бы меня попросили, я бы помогла чем-нибудь, неважно: монетами, взяла ребят в свое выступление или заказала бы фруктов, которые оплатила бы больше указанной стоимости.

Шаг со спины. Ещё шаг. Ухом они не слышны, женщина силой земли заглушила свои движения. Только я не слушаю, я чувствую, и в этом ее оплошность. Замах. Разворачиваясь, я направила струю льда прямо на женщину, замораживая ее ноги, тело, руки, даже рот, чтобы не кричала. Как я и думала, в одной из обледеневших кистей сжимается нож, а в выражении лица читается бешеная злость и решительность.

Лёд не тронул лишь волосы, глаза и нос, чтобы дышала… чтобы жила. Я же не такая, как она. Я не чудовище в прекрасном облике. Ведь только чудовище способно ради сомнительных планов убить себе подобного без зазрений совести.

– Это уже твоя вторая попытка, – безжизненно произнесла я, – третьей не будет.

– Прикажешь ее убить, хозяйка?

Вздрогнула от неожиданности, но вовремя разобравшись, что ко мне обращается Канор в облике призрака, не успела себя выдать.

– Зачем же? Это ее способ: чуть что, сразу убить, а мы так не действуем.

До нас донёсся глубокий выдох ледяной скульптуры.

– Рабство? – с ужасом вопросил призрак, – Смилуйтесь, госпожа, я не выдержу такой соседки. Да и в призрачной форме она будет уж очень дурно смотреться.

Женщина пыталась затрясти головой, она мычала, привлекая к себе внимание и ужасно топорщила глаза.