Тёмное проклятие Инкарвиля

В какой-то момент я испугалась, что и нас не пропустят, но завидев магиню придворного Халрала, нам мгновенно раскрыли двери и проводили до лестницы, которая вела на верхние уровни.

Обстановка в таверне тоже была довольно вычурной: чёрное дерево с позолотой. Везде позолоченные ручки и позолоченные портретные рымы, глаза даже устали от такого обилия. На полу возлегала красная ковровая дорожка, что придавало ещё больше гнета всему помещению. В этой таверне на дверях комнат были изображены драконы. Только, если в Темной Лилии по цвету цветка можно было понять о комфортности и статусности комнаты, то здесь везде был изображён один и тот же золотой дракон.

Открыв двери, магиня пригласила нас войти. Сделав шаг, осмотрелась. Комната была роскошной: резная мебель, зеркала, мягкие кресла и аккуратный стол. Это был кабинет или гостиная, так сразу и не поймёшь. Из двери на соседней стене показался мужчина: высокий рост, стройное телосложение, длинные белые, словно седые, волосы, сплетённые в несколько кос, темно-фиолетовые глаза, прямой нос и длинные эльфийские уши.

Цвет кожи мужчины меня изрядно удивил: я не могла понять, светлый он или тёмный. Что-то напоминающее грязное молоко. Выпустив ментальную магию, решила узнать эльфа лучше, но первым мне попался страх рядом стоящих. Обернувшись, увидела, как трясутся мои эльфы. Одно дело, врать обычным горожанам о месте своего проживания и совсем другое – придворному темному. Они боялись, но все равно пошли, не желая оставлять меня одну.

– Придворный темный эльф Халрал, – гордо подняв подбородок, представила эльфа женщина.

– Спасибо, Пирэлла, – кивнул тот в ответ, – дальше я сам. Распорядись пока о поздней трапезе.

Кивнув, магиня удалилась, оставив нас наедине с Халралом.

– Признаться честно, я даже не рассчитывал, что в этом месте, на границе с великим лесом, я встречу такой прекрасный цветок.

Сила почувствовала интерес ко мне, но он был совсем неплатонического характера. Эльфа восхищала моя внешность, как скульптора восхищают великолепные статуи, а художника – картины.

Он видел во мне не женщину, а искусство и вдохновение. Таких людей и нелюдей я раньше не встречала, от того и растерялась немного, смутившись.

– Стоило нам въехать на центральную площадь этого малого городка, как я почувствовал силу сильного искусника, – продолжал Халрал, – и сидев на балконе, я ждал, когда увижу главное выступление. Только ты показалась из недр шатра, я сразу понял, что хочу тебя.