Баба Люба, давай!

Я не очень одобряю такие вещи, но вынужден смотреть на это сквозь пальцы. Право голоса в этой комиссии у меня появляется, только если голоса разделяются. Так было до того момента, пока не появился Арих, – лорд хищно улыбнулся, – в означенный срок пришел один из студентов, которого мы должны были принять. Он держался с достоинством, показал высокую силу дара, выполнил все задания. Комиссия единогласно подписала документы, но, оказалось, что студент не тот, за которого себя выдает.

– Что? Как это? – не поняла Люба.

– А вот так! Документы оказались прикрыты мороком! – радостно заявил лорд Вальдемар, – но все члены комиссии, кроме меня, их подписали. Подписали, нарушив все правила. Ни один из членов комиссии не проверил студента на артефакте Грейдера. Определитель сразу бы показал, что у студента иные показатели магии.

– Это при каждом экзамене необходимо? Но зачем? – удивилась Люба. В её понимании проверка способностей постоянно была бессмысленна, – Если я правильно помню, склонность к определенному виду магии не может измениться.

– Вот именно! – наставительно поднял палец вверх лорд Вальдемар, – Но во время войны с демонами такие проверки утвердили, как необходимые. Одержимые ничем не отличаются от обычных с виду людей. Мало того, тот человек, которого ты знаешь много лет, может стать одержимым. Достаточно ненадолго попасть к демонологу. А этих ребят вычислить еще сложнее: они не ходят с плакатами на груди. Единственное, каким образом можно определить одержимого, когда он скрывается, проверить его на артефакте Грейдера.

Если показатели направленности магии совпадают с показателями снятыми до этого, то перед вами обычный человек, если же нет – скорее всего, одержимый. У демонов чаще всего огромный дар огня, бывает немного ментала или воздуха.

– То есть они должны были проверить Ариха на определителе Грейдера, но не сделали этого?

– Да, во-первых, проверка на артефакте, во-вторых, проверка на морок.

Ни один из членов комиссии этого не сделал. Но это еще не все! Я записал весь этот экзамен на один из кристаллов памяти. С таким доказательством их преступной халатности, всех этих преподавателей я мог бы выгнать с позором. Но не сделал этого. Приятно было посмотреть на их лица, когда они поняли, как проштрафились, – лорд Вальдемар мечтательно зажмурился, вспоминая свой триумф, – теперь они понимают, что находятся у меня в кулаке.