Формула истинной

– Графиня, с вами желает побеседовать ваш муж, – кланяется незнакомец.

– Он приехал? – удивляюсь я.

– Нет, госпожа, он желает говорить с вами посредством удаленной связи.

Проще говоря, он прислал письмо. Что ж, это даже интересно. Возможно, из этого послания я пойму, как он ко мне относится, потому что пока что это мутное пятно в истории Леотты – хозяйки тела, в котором я оказалась. Что было до? Почему мой муж решил жениться именно на мне, если, как рассказал внук, тут все браки завязаны на «истинной любви»? Почему терпит непогоду и прочие беды, которые появились после нашего с ним брака?

Возможно, он действительно меня любит? Было бы неплохо.

Ссориться с Риввардом нельзя, ведь он отец Сашки. Развод или раздор будет означать, что мы с внуком разделимся, а это недопустимо.

Или у графа Ривварда другие мотивы, и никаких теплых чувств он ко мне не питает… Сейчас я это и выясню.

Глава 4. Бывший и настоящий муж

Мужчина в балахоне отводит меня в одну из комнат. Здесь так же уютно, как, наверное, в кабинете психолога: рабочий стол, мягкий диван.

Пахнет какими-то травами.

– Ложитесь, графиня, – просит мужчина. Забыла уточнить у внука, есть ли в этом мире магия, потому что этот бородатый больно похож на каноничного волшебника. И вообще, зачем мне садиться? Дал бы письмо, я бы прочитала его в своих покоях. И не нарушаю ли я сейчас какое-нибудь средневековое правило поведения, находясь с мужчиной, не своим мужем, наедине? Видимо, здесь все устроено слегка иначе, чем в нашем обществе Средних веков.

– Как я свяжусь с мужем? – спрашиваю я.

– Как обычно, Ваша милость. – Бородач подходит к своему столу и берет какую-то склянку.

– Извините, уважаемый, после нападения у меня бывают провалы в памяти.

– Вы меня простите, Ваша милость, – кланяется бородач, – я об этом не подумал. Вам нужно выпить этот отвар, в нем кровь вашего мужа. Так между ваши установится связь на пять-десять минут, вы успеете поговорить.

Отвар кровью? Привет, вич-инфекции и гепатиты! Но, видимо, варианта отказаться у меня нет.

Что ж, буду надеяться, что мой ненаглядный не ходил налево и не тыкал в себя неизвестными иголками, а потому не заработал какую-нибудь заразную гадость.

Бородач вытаскивает пробку из маленького флакона и протягивает мне. Выпиваю залпом. На вкус – как валерьянка со сладковатыми нотками. Сносно.

– Теперь поскорее ложитесь, Ваша милость, иначе ударитесь, – вдруг забеспокоился бородач.