Формула истинной

Это долго, трудоемко, в последствия можно будет вляпаться на каждом углу. Но это в любом случае лучше, чем полчища мышей, которые атакуют наш дворец!

После торжественного изгнания повара я наконец вспомнила, что такое нормальная еда. Да без изысков, но ею хотя бы теперь можно наесться. Слуги тоже вроде бы довольны. Лисса по секрету рассказала, что бывший главный повар был тем еще козлом, жрал все что плохо лежит и готовил порой вместо супов подкрашенную воду. На него боялись пожаловаться, потому что, во-первых, где гарантия, что в следующий раз он вообще не оставит тебя без обеда? А во-вторых, того жирдяя привел во дворец сам граф, а с его словом тут, кажется, вообще не привыкли спорить.

Значит, после его возвращения я получу еще и за это. Грешков за спиной копится так много, что новые уже не пугают. Ну что самое худшее со мной смогут сделать? Казнить? Изгнать? Пускай, зато хоть в этой жизни успею побыть хозяйкой и сделать хоть что-то полезное для мира.

Глава 9. Библиотечные легенды

На днях Лес (я уже так привыкла обращаться к нему именно так, а не «Сашка», даже в мыслях) поделился, что ужасно скучает по нашему миру.

С одной стороны, я его понимаю: мальчик просто не понимает, что ему делать. Раньше его дни были заняты подготовкой к школе, домашними и дополнительными занятиями, по вечерам – интернетом. Теперь все, что я раньше называла важным, исчезло. Нет больше высшего образования, нет смысла ругаться из-за того, что он сидит в телефоне не вылезая. Нет больше его друзей и подруг.

С другой стороны, мы в новом мире. Для моего внука это каторга, а для меня – второй шанс прожить жизнь, на этот раз правильно.

Я провожу целые дни в библиотеке. Пока Лес с другими парнями и сельскими работягами прокапывает каналы, я пытаюсь понять, как тут все устроено. Иногда я тоже скучаю по интернету. Как бы хорошо было сейчас зайти на сайт «Здравница» и узнать простой рецепт от средневековой чумы! Или хотя бы от простуды. Или выяснить, как лучше хранить продукты в условиях дикой засухи.

Этот вопрос особенно меня беспокоил. Слова человека, который совершил на меня покушение, и забитый свежими продуктами графский склад никак не складывались в единую картинку. У нас тут всеобщая голодовка и изоляция от других графств? Или все-таки не совсем?

С этим вопросом я и подошла к старосте, когда он в очередной вечер возвращался со своими людьми. Они заглядывают к нам по пути в деревню, оставляют лопаты и ломы, чтобы утром вновь за ними вернуться.