Формула истинной

Контрабандисты же видят, в каком мы плачевном состоянии, и скупают у нас все за бесценок и продают – за баснословные деньги.

– Спасибо, что поделились, Данир.

– Госпожа… Вы расскажете об этом графу? – смущается староста.

– Если он не идиот, то и сам обо всем знает. Если идиот – мне с ним говорить не о чем.

Староста аж пятится от меня, словно я оклеветала самого бога. Мы с ним прощаемся, и я вылавливаю Леса.

Мой внук выглядит бодро. Как говорится, «победила молодость», и он один из немногих, кто вернулся ко дворцу даже не запыхавшись.

Я ежусь, глядя на него: ходит в простой рубашке, пока я кутаюсь в шубу и прячу руки от холода. Мальчик вырос, и я уже не могу сказать ему «надень шапку». Хотя дракон в ушанке смотрелся бы интересно…

– Устал? – спрашиваю, когда внук подходит.

– Ни капли. Все лучше, чем часами бить палкой манекенов. Как твои поиски?

Это он о моей привычке проводить дни в библиотеке.

– Потихоньку разбираюсь. По крайней мере несколько местных исторических фактов – а в моем понимании, больше легенд – показали мне, что же такое, черт возьми, истинность.

– Ну там же все ясно, да? – удивляется Лес. Мы неспешно идем к воротам дворца. Тропинку чистят каждое утро, но мои сапожки все равно погружаются в снег почти до щиколотки. – Это типа очень сильная любовь.

– Я тоже так думала, Лес. Но тут, похоже, она не просто сильная. Это какая-то нерушимая связь между девушкой и драконом. С первого взгляда – и до конца времен. В легендах описывают разные случаи, в одном из них пра-пра-прадед нашего графа Флориена повстречал свою истинную любовь на поле боя.

Кажется, девушки тут не часто попадают в военные действия, но эта дама была кем-то типа чародейки-медика, помогала своим и чужим. И она сражалась на стороне врага. Граф Флориен, уже не помню, как его звали, увидел ее. Когда она подняла на него глаза, «мир вокруг замер». – Я закатываю глаза. Пока все мои подружки на пенсии читали любовные романы, я их на дух не воспринимала, и теперь пересказывать что-то подобное кажется мне глупым.

– Как романтично и ванильно, – хмыкает Лесандр, поддерживая мое возмущение.

– Да уж. Но что я могу сказать точно – мы с твоим отцом Риввардом уж точно никакие не истинные. При первом взгляде на него я ничего, кроме отвращения, не испытала.

Оставлю за скобками то, что Риввард чертовски похож на моего мужа. Это лишь внешнее сходство, а голова у этого графа забита опилками, судя по поведению.