Формула истинной

Но когда ко мне в голову приходит решение, я спрашиваю себя: почему же до него никто не додумался раньше? Так почему, расскажите, до сих пор никто не попытался найти залежи ледынх кристаллов у нас?

– Потому что это графская земля, госпожа, – легко отвечает староста. – Граф Риввард, конечно же, не разрешил бы нам подобного. Думаю, он и вот этому не будет рад, – Нилл кивает в сторону прокопанных оврагов, от которых мы удаляемся. – Но, как я понял, здесь вы берете ответственность на себя.

– Да уж… Это было очевидно.

Граф Риввард, мой муженек, – единственная причина, по которой наш край приходит в упадок. Местные обожают его за то, что он победами на фронте обеспечивает графство притоком денег. Но он дает рыбу вместо удочки. Не решает проблему, а борется с последствиями. А потом, конечно же, валит вину на себя. Это я, непутевая жена, виновата в том, что не оказалась истинной. Я навлекла на край проклятье. Ну каков козел!

Но у меня тоже есть козыри в рукаве. Если Данир так просто говорит мне правду и даже не побоялся рассказать о контрабанде, думаю, я успела заслужить хоть немного его доверия.

И пришло время этим воспользоваться.

– Много ли у вас кристаллов? На сколько их хватит? – спрашиваю я.

– Почему вы интересуетесь, госпожа? – напрягается Нилл.

– Вы наверняка догадываетесь почему. Город пополняет запасы единственным доступным методом. И в следующий раз я хочу присутствовать при переговорах.

Лес удивленно смотрит на меня, понимая, о чем я попросила. Да, «свидание» с контрабандистами – дело опасное.

Но мне нужно выяснить у них подробности о добыче полезных ископаемых в этом мире. Кто может знать об этом, как не торговцы, разъезжающие по всему свету?

– Это опасно, госпожа, – слабо сопротивляется Данир.

– Под мою ответственность.

– Если с вами что-то случится, ответственным буду я. И граф едва ли поверит, что вы понимали весь риск этой встречи.

– Не заставляйте меня пользоваться положением и угрожать вам, – довольно жестко произношу я.

– Мне ничего не стоит приказать засыпать все рвы, чтобы ваш труд оказался напрасным. Вы же этого не хотите?

Данир морщится. Я крепко схватила его за больное место. Он верит в мой план, возможно, даже больше меня самой, и восстановление реки для него сейчас важнее жизни какой-то там графини.

Еще немного помолчав, староста наконец кивает.

– Мы собираемся на сделку как раз завтра, госпожа. Ночью. Если позволите, я попрошу вас не надевать благородные одежды.