Драконье гнездо

Хотя меня так и подмывало спросить: а если они почуют наш след наверху? Успокоилась, лишь вспомнив изуродованные пальцы «пауков»: пусть мутировавшие, они всё равно оставались гладкими и скользили бы по гладкой стене. Опасаться надо высоченного ногастого, а тот в этот узкий переулок не поместится. Широковат для него.

- Устала? – спросил Дрейвен. – Сейчас дойдём до угла, там есть место посидеть.

Угол нашёлся в десяти минутах – ходьбы ссутулившись.

Сначала показалась развилка на четыре стороны. Дрейвен уверенно свернул направо – и странная труба, по ощущениям, немного подняла нас.

Угол оказался небольшим тупиком, нишей, где могли уместиться двое с котом. Отсюда был один-единственный выход, так что я наконец засунула в кобуру пулемёт, который до сих пор просто боялась выпустить из рук. И здесь была даже такая роскошь, как выдающийся из стены выступ, на который можно присесть.

Что я и сделала: устало присела рядом с уиверном и вытянула гудящие от напряжения ноги. Голодная. Удалось лишь попить предложенного кофе – да и то, всего пару глотков.

Знала бы, как будет, выпила бы всю банку. Усталая, несмотря на то что насиделась немало времени в кухне убогого прибежища Дрейвена. Голова кругом – от обрушившихся на неё событий и новостей, перевернувших моё представление о многом.

- И часто они прорываются? – безразлично от усталости спросила я.

- Бывает…

Он сидел рядом, опустив голову. И я сразу вспомнила.

- Повернись ко мне. Надо почистить твоё лицо.

- Перетерплю, - буркнул он.

- А я – нет, - буркнула я в ответ. - Ещё не хватало заразу с собой тащить. Вдруг меня заразишь? Повернись ко мне!

Дрейвен ещё немного посидел в той же позе и выпрямился – лицом ко мне.

Я встала, задрала на себе куртку и расстегнула пояс полувоенного образца – со множеством мелких, полезных в экстремальных ситуациях вещей.

Через минуту, подсвечивая себе экраном вирт-связи, я осторожно отмывала и дезинфицировала его царапины. Он вздрагивал и морщился – но не столько болезненно, сколько недовольно.

А я вытерла ему лоб (мелкие царапины и порезы высыхали мгновенно после чистки дезинфицирующей жидкостью) и со странным ощущением, в котором не было места чувству отторжения, отмывала ему лицо далее. Пока только его левую скулу пришлось залепить схватывающим, словно пластырь, биоклеем.

Немного посомневавшись, я решилась всё-таки промокнуть ему кожу вокруг угрюмого рта.

Он схватил меня за кисть внезапно – движением стремительным и сильным.