Влюбилась в демона? Беги! Книга 2

Думаю, именно это мне и светит…

― Что за чушь? Ты еще такая маленькая! ― Дор искренне рассмеялся, явно не понимая, что тридцать пять лет ― это хоть и самый расцвет сил, но рубеж в «мне уже сорок» очень близок. ― И что еще за сорок кошек? Екатерина, тебе еще жить и жить! Встретишь своего человека, если жива останешься, конечно…

― Дор, вот тебе сколько лет?

― Сто тридцать семь, ― честно признался демон.

― И до скольки примерно демоны живут?

― Ну, примерно до четырехсот-пятисот, в зависимости от класса и внутреннего резерва.

― Во-от, ― протянула я, следуя дальше за демоном, ― а мне уже тридцать пять, а живут люди примерно до восьмидесяти-девяноста лет. Чувствуешь разницу? Я по человеческим меркам взрослая женщина, которой родить ребенка будет в разы сложнее, чем молоденькой девочке до двадцати лет, но давай не будем о грустном, а то мне все больше и больше хочется выпить и забыться хотя бы на одну ночь.

Интересно, а время в наших мирах одинаково идет? Мама, наверное, уже с ума сходит.

Если раньше до Насти дозвониться не моги, то теперь и я вне зоны доступа. Надеюсь, я успею вернуться домой до того, как мама приедет из отпуска. Хоть бы мне вообще вернуться… Целой и невредимой!

― Вернешься ты домой, ― странно, но Дор действительно будто бы читал мои мысли. ― Главное ― все правильно сделать и не нарваться на проблемы. Чего так смотришь на меня? У тебя все на лице написано!

Вот что-то мне уже в это слабо верится… Дор явно что-то не договаривает…

Глава 3

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Анастасия

― Прости, что?

― Гвозди, Настя, гвозди! ― Влад уже в который раз пытался объяснить мне, что произошло в студии сестры.

Я сидела рядом с Корвином и не могла осознать то, что слышу.

― Я не понимаю, Влад! Катя ― человек очень тонкий, нежный и немного психованный, ― вспоминая наши ссоры, я хотела высказаться более резко, но не стала, ― она бы не смогла прикончить гранга и прибить мертвого волка к стене! Это просто нереально!

― Настя, я говорю то, что вижу, ― вампир достал из кармана гвозди, тут же показал их мне и продолжил, ― они были везде! И в стенах, и в разломанном косяке, и в полу! Я не понимаю, как хрупкая девушка смогла пробить волчий череп, убить гранга и при этом пропасть.

В студии было сломано абсолютно все!

― И мольберты тоже? ― кажется, я начинала понимать, что послужило толчком к дикой ярости сестры. Она со своих мольбертов пылинки сдувает, чуть ли не молится на них.