Влюбилась в демона? Беги! Книга 2

Через эту связь можно сильно навредить демону, если знать, как. Гранги, судя по всему, знают. И это огромная проблема.

― Дор, почему она так сильно изменилась? ― я боялась, что подобное может случиться и со мной. ― Я что, тоже рогатой стану из-за того, что что-то там умею и могу?

― Ты не инициирована, ― почему-то его глаза при этом странно блеснули, словно сама тема разговора граничила с чем-то интимным и сокровенным, ― поэтому не изменишься. Плюс ко всему сила внешней трансформации зависит от внутреннего резерва.

То есть, чем ведьма сильнее, тем больше в ней демонического. Твоя Настя ― единственная, у кого появились крылья, и единственная, кто способен покидать свое тело и находиться в двух местах одновременно. Это что-то невероятное, поверь мне. Кстати, по поводу твоего дара ― он тоже до ужаса редкий и полезный, но я вижу, что мой мир тебе не интересен, и ты хочешь домой, поэтому просто постарайся выжить, а затем заживешь своей жизнью и наконец-то разведешься.

Я ничего на это не ответила, только печально вздохнула, стараясь сохранить ясность сознания, и уставилась в сторону небольшой сцены, на которую уже вышел слегка выпивший остроухий менестрель, маленькая девушка и…

И лишь благодаря этому я смогла заметить в углу знакомую фигуру… Кажется, его зовут Север?

Мужчина сидел один и, судя по количеству выпитого, ему было очень, очень плохо.

Он смотрел в одну точку, тяжело вздыхал, сжимал в руке непонятный медальон ― в таких часто можно встретить изображение или фотографию, затем он убирал его в карман и спустя несколько минут вновь доставал.

― У него жена умерла, ― демон заметил, за кем я наблюдаю, ― мне Влад сообщил еще в замке. Они вместе целый век прожили, а затем ее убили на глазах у Насти. Судя по всему, в плену она познала настоящие муки…

― Он словно призрак, ― прошептала я, ― вроде тут, но в то же время где-то в другом месте. Тело существует, а душа истоптана.

― Так и есть, если не хуже.

Север опустил голову и закрыл глаза. Кажется, по его щеке скатилась слеза ― она еле заметно блеснула в свете зажженной свечи.

Вскоре в таверне, наполненной различными существами, заиграла музыка. Приятная, нежная мелодия постепенно набирала темп, меняла ритм. Затем запела та самая молодая девушка, и я забыла, как дышать…

Потрясающий голос, словно тысячи колокольчиков, тихо распространялся по залу, проникая в самое сердце. Она пела на не знакомом мне языке, словно рассказывала свою личную историю.