Охота на невесту огня

– Но и живой из храма ни одна не вышла. Да?

Кисун промолчал, только прибавил шаг. А Эрна не стала настаивать. И так все было ясно.

Подарочек от птички нашелся на поляне, усыпанной перьями дарительницы. На ветвях ели было пристроено довольно большое гнездо.

– Доставай, – показал кот. – Там яйца, свежие, без птенцов.

– А что я с ними буду делать?

– Пожаришь!

– Как? – изумилась Эрна. – Как пожарю?

– На лопате! – Кот зафырчал от смеха. – Ты нашла чудесную лопату, а ею можно не только копать.

Это был самый необычный завтрак Эрны за все ее восемнадцать лет жизни.

Костер она развела легко, без спичек, пальцами. Сложнее было вместе с хворостом не спалить половину леса. Но Эрна справилась. Жаренные на лопате яйца и половинка домашней булочки были положены на большой лопух, как на экзотическое блюдо. В той же лопате вскипятили воду из ручья, в чашке заварили душистые травки, добытые Кисуном. Жизнь потихоньку налаживалась.

Глава2. Храм Трех Стихий

– Кисун, погоди, потише, я за тобой не успеваю! – запыхалась Эрна.

Утро выдалось ярким, как солнечный зайчик. В ветвях пели птицы. Весенние теплые лучи золотили листья на верхушках деревьев. Кот внезапно расшалился и, как несмышленый котенок, прыгал от одного яркого пятнышка света к другому. Он ловил лапами мягкие травинки, запрыгивал на деревья и вел себя, как законченный охламон.

– А вроде взрослый солидный кот, – пыхтела Эрна, пытаясь не отстать от друга. – Кисун, ну тише ты, я не успеваю!

Временами, когда она взмахивала руками, чтобы перескочить ямку или корягу, с кончиков ее пальцев срывались искры и, падая вниз, прожигали в листве ровные дырочки.

Самой Эрне огонь не приносил никакого вреда. И это было вдвойне странно. Она даже пыталась сунуть вечером палец в костер, чтобы посмотреть, что будет. Эксперимент провалился с треском – пламя облизало ей кожу, не оставив следа. Не было даже просто горячо. Хотя оставшаяся половина булочки на волшебном огне, сотворенном Эрной, превосходно поджарилась, как и весенние грибы-подсолнухи, найденные котом и нанизанные беглянкой на прутик. Огонь у нее получался самый настоящий, ни разу не иллюзия.

В итоге она сунула в пламя ладонь целиком. Зрелище было жутковатое, но завораживающее. Огонь не жег свою хозяйку. Он вел себя, как котенок, подставлял спинки языков пламени под пальцы девушки, выгибался, только что не мурчал.

Утром все вокруг того места, где спали друзья, выглядело основательно подкопченным. Хорошо, что пожара удалось избежать.