Жиган

А так по истечении полуторагодичного срока Петров в посконных штанах и рубахе, полуваленках, зипуне и крестьянском малахае, с восемьюдесятью шестью рублями в кармане вышел в последней декаде января из Хамовнических казарм свободным гражданином. Хотя и поднадзорным, без права выезда из Москвы в течение четырех лет. Впрочем, никуда выезжать Аркаша и не собирался…

Он еще никогда не видел тетушку такой улыбчивой, душевной и доброжелательной к нему. До этого она была с Аркашей строга, добрых слов говорила мало, если вообще их говорила, и вела себя так, словно с трудом терпит его присутствие дома.

А теперь все свое неизрасходованное материнское чувство она обратила на него.

Работников, похоже, она давно рассчитала и свернула деятельность мастерской, а все крупное оборудование продала. Жила она скромно, если не сказать бедно, а из сбережений у нее остались одни лишь сережки с камушками, что по-прежнему лежали в шкатулке, некогда вскрытой Аркашей, когда он готовился выиграть глупое студенческое пари.

Тетушка прожила еще год. Опекая Аркашу и окружая его любовью, которую, как она теперь считала, ему недодала. И умерла весной семьдесят четвертого года, тихо, во сне. Как умирают люди, полностью исполнившие свою миссию на сей бренной земле.

Полтора года, проведенные в арестантском отделении, научили Аркашу многому: выживать в тяжких условиях, мало кого и чего-либо бояться, никому не верить на слово и полагаться только на самого себя.

Горбатиться на фабрике или заводе от зари до зари за жалованье он не хотел. И считал разумным и самым правильным использовать для жизни, желательно не голодной, свои технические навыки, в частности, умение вскрывать замки.

Первым его самостоятельным делом, сработанным в одиночку, было вскрытие несгораемой кассы в ссудной лавке на Мясницкой. Уже первый улов оказался довольно весомым: восемьсот рублей кредитными билетами и оставленные в залог вещи: пять золотых часов, один серебряный портсигар, несколько золотых перстней и жемчужное ожерелье.

Аркаша поступил грамотно и разумно: не понес все это в ссудную лавку, дабы заложить безвозвратно, а припрятал в тайничок до лучших времен. Сообразил, что полицианты будут искать похищенные вещицы и, обнаружив их в ссудной лавке или у кого-либо на руках, без труда могут выйти на него.