Мертвые Игры книга пятая

- Смотрите, мгновенно обрисовались скулы, так гораздо лучше виден овал вашего лица и ваш изящный подбородок, ну глаза, у вас изумительные глаза, моя дорогая, вот только эта рваная челка…

И он провел расческой по неровной линии среза. В то же мгновение по артефакту Намори пробежались искры, место в районе роста волос сильно зачесалось, а в следующий миг мои волосы отрасли до прежней длинны.

- И еще немного, - решил Илланиэль.

После чего заставил все мои волосы отрасти ниже талии. Основательно ниже.

- Прекрасный цвет, не хватает лишь сияния… Моя дорогая, вы когда в последний раз были на солнце?

Не припомнила.

Впрочем полуэльфа такие мелочи, как мои ответы, не интересовали вовсе, он легко провел гребнем по макушке и волосы посветлели так, словно выгорели на солнце… У меня в детстве был такой цвет, когда мы с дядей Тадором проводили летние дни на лугу у речки.

- И-зу-миттель-но! - восхитился собственной работой полуэльф.

Я с ним была полностью согласна - работу артефакта именно это слово характеризовало лучше всего.

- А теперь, моя дорогая, я сделаю вам большое одолжение, - и Илланиэль достал из кармана три неприметные шпильки.

Они были выполнены из грубо обработанного железа, потемневшие от времени, с выщерблинками, на одной оказалась грубо отломана часть… Пожалуй, валяйся они на дороге, даже самый нищий прохожий не нагнулся бы, чтобы их поднять. И совершенно напрасно - они были бесценны.

- Вижу-вижу, как заблестели ваши глазки, мой бриллиант, узнали?

- Нет, - призналась я, - но отчетливо вижу ауру.

- Это бесценные артефакты, моя дорогая!

Полуэльф весело щелкнул меня по носу расческой, от чего я лично несколько перепугалась - все же гребень тоже был артефактом, причем крайне древним, а значит в механизме его действий могли быть сбои, а мне вовсе не хотелось бы иметь волосатый нос. К счастью, обошлось.

- Не знаю, как нашему общему другу удалось их добыть, - Илланиэль оглянулся на Гобби, - но факт остается фактом - вам досталось поистине неоценимое сокровище, мой бриллиант.

В руках полуэльфа каким-то волшебным образом появились другая расческа, на сей раз совершенно обыкновенная, и ножницы. Еще один критический взгляд и мастер стремительно заработал. На пол, мне на колени, плечи, руки полетели отрезанные пряди волос, ножницы и расческа двигались так, словно в руках полуэльфа они становились живыми.