Подарок с того света

Еще ни разу за свою осознанную часть жизни она не чувствовала себя так легко, как сейчас, в паре с самым несносным человеком Арханона – принцем Ричардом. Он тоже улыбался, но теперь без злости, а светло. И он не смотрел на зал, только на Шери.

– Шеридан, нам пора. – Холодный голос Валентайна сбросил это странное очарование.

Она вздрогнула и высвободилась из объятий Ричарда.

Тот ухмыльнулся своей обычной кривоватой ухмылкой:

– Что, мир уже спасен, братец? Как жаль. А нам так хотелось вместе насладиться агонией.

Ну ничего, крошка, не расстраивайся. У нас все впереди.

Ричард отвесил шутовской поклон покрасневшей Шери. Она хотела поблагодарить за танцы, но Валентайн уже уходил, не оборачиваясь. Она поспешила за ним – чуть сбоку и сзади, как он учил.

Глава 7. Тренировка

– Ты чем-то недоволен, мой друг? – промурлыкала соблазнительница.

Ричарду опять снился сон – такой яркий, что внутри вскипала кровь. Это начинало тревожить. Разве это нормально, когда сны становятся интереснее жизни? Например, девки.

Они в подметки не годились красавице из сна. Она сидела на его бедрах, изогнув прекрасное тело. Ее дыхание опаляло кожу, разжигало страсть, но лишь дразнило обещаниями. Ричард застонал и резко перевернул ее на спину.

– Ты мне надоела. Отвали от меня.

– Мальчик сегодня не в настроении? – улыбнулась красавица.

– Я не мальчик.

– Мой мужчина, – с улыбкой поправила она. – Я бы сказала, что мой король, но увы. Тебе не кажется, что Валентайн в этой роли будет смотреться эффектнее?

В ее полные губы хотелось впиться до крови, а потом зализать их, выскуливая прощение.

Она бесила и восхищала, вызывала желание побить и поплакаться в ее полную грудь, наорать матом и попросить совета. И все это одновременно столь сильно и мощно, что кружилась голова.

– Вот и катись к нему, – прорычал он.

– Ну нет. Пусть им восхищаются другие. Например, папочка. Он ведь ублюдка любит больше родного сына. Так, милый?

Он вонзился в нее со всей силы, мечтая причинить боль. А она жарко застонала в губы:

– Да! Накажи меня.

Вот так. Сильнее… – Ее голос звучал ниже, а лицо становилось все грубее, пока не приняло очертание его отца – Георга Арханона.

Он отпрянул, падая с кровати и яростно матерясь. Синяки в этом странном сне он чувствовал так же сильно, как и другие, более возбуждающие ощущения. Его любовница расхохоталась, возвращая свой облик:

– Да брось, Рич. Ты же любишь хорошую шутку. Я хотела поднять тебе настроение.

– Иди к демонам, – огрызнулся Ричард.