Ведьмочка в Боевой Академии или единственная для ректора

Я, конечно, ведьмочка молодая и не инициированная, но это все-таки перебор. И, главное, ладно бы то был образ мужчины, которого я хоть раз видела.

Так нет.

В селе, рядом с которым мы жили, мужчины водились. Были мужчины, что и говорить.

Но никого похожего на вот этого я не видела никогда.

Или… Светлая мать…

Видела я его, видела. Только не в той книжке, которую бабуля заставляла меня читать да запоминать.

Нет, в другой. В той самой, с тяжелыми страницами, в толстом кожаном футляре, которую она как-то раз забыла спрятать.

Как та книжка называлась, я уж и забыла.

А вот мужчину этого, выходит, нет. Его зеленые малахитовые глаза со сверкающими в них огненными искрами опять так и встали передо мной.

Глава 10

Проснулась я от барабанного стука в дверь. Да что ж такое-то… Это не заброшенный чердак, в который меня засунули явно по недоразумению, а проходной двор какое-то!

Такой сон перебили-и… Я широко зевнула, с трудом открыла глаза и повернулась на другой бок. Стук повторился с новой силой, и тут до меня дошло, что надо как-то отреагировать.

Светлая мать… Я подскочила на кровати и весь сон как ветром сдуло.

Ведь я в Боевой Академии!

Соскочила да и бегом к дверям.

– Кто там? – пискнула, услышав чье-то тяжелое дыхание за дверью.

– Свои, – прогудел знакомым голосом дядька Симеон.

– Открывай, Ведяна. К ректору пойдем, – гулко прозвучал в пустом коридоре его голос.

А я бы и рада открыть, да дверь стояла как вкопанная.

Вот как захлопнула ее вчера, так и все.

Неужели я сломала магический замок? С моим-то везением.

Я пугливо дернула за ручку, очень надеясь что дверь очнется от беспредела и отреагирует. Бездушная деревяшка даже не подумала.

– Хм, – я откашлялась, глотая вязкую слюну. Сразу во рту пересохло, водички бы сейчас колодезной, сладкой.

– Так не могу я, дядька Симеон. Не открывается, – грустно прошептала и на всякий случай еще раз покрутила ручку в разные стороны.

Бессменный комендант общежития для боевых магов недовольно загудел:

– Не может она.

Порушила чужие чары. Деньги, между прочим, плачены были магу-артефактору немалые.

А мне даже и не стыдно было. Вот нисколечко!

– А что ж вы, дядька Симеон, меня тут заперли-то? Между прочим, без всяких удобств!

За дверью только хмыкнули. Мужчина и сам понял, судя по всему, что совершенно об этом не подумал.

“Это промах. Да еще какой. Для коменданта почти непростительный.