Требуется репетитор для горе-ведьмы

Кто ж так ухаживает за солой?

Ника высунула из пены ступню, задумчиво повертела ею вправо-влево и вернула обратно под белоснежную шапку. Вода успел изрядно остыть. А значит, с начала купания прошло не меньше часа.

Узница захлопнула книгу отложила ее в сторону, легко поднялась и включила душ. Теплые струи коснулись кожи и устремились вниз. Там, где они попадали в воду, пена быстро оседала, таяла. Скоро стало видно блестящее медное дно.

- Слив! – приказала Ника.

Магия послушно открыла трубу. В ванне закрутился водоворот.

Ника протянула руку, сняла с вешалки огромное полотенце и накинула себе на плечи. Наскоро обсушившись, она вышла в спальню. Там произошли перемены.

С пола пропал утренний наряд, зато на кровати были разложены чистое белье и домашний брючный костюм. Со стола исчезла зачетка. Вместо нее появился обед. Рядом с тарелками лежали листок бумаги и две коробочки, обитые золотым бархатом. Одна большая квадратная, друга длинная и узкая.

От неожиданности девчонка разжала пальцы, полотенце скользнуло вниз.

Прямо голышом она подскочила к столу, чуть поколебалась и, для приличия, сначала взяла записку.

Писал отец, кратко, как и всегда, когда сердился, всего шесть слов:

- Я обещал и обещание свое держу.

- Папочка! – От распиравших ее эмоций Ника чмокнула письмо. – Я тебя обожаю!

Квадратную коробочку она оставила без внимания. Это чудо ей уже доводилось примерять. Схватила узенькую, открыла, извлекла на свет божий изумительной красоты браслет и застегнула на своем запястье.

Черные бриллианты сияли, подобно звездам. Ника не знала, бывают ли звезды черными, но другого сравнения найти не смогла. Она покрутила рукой, рассыпая по стенам ярких зайчиков, подошла к зеркалу. Потом приложила запястье к скуле, так что браслет оказался под мочкой уха, и задумчиво произнесла:

- Может, все-таки пересдать этот чертов экзамен? Говорят, там в наборе есть бесподобные серьги!

***

К вечеру Ника основательно осатанела от вынужденного заточения. Время текло неспешно. Развлечений раз-два и обчелся.

Она успела прочитать два романа, рассказать фикусу о своей нелегкой доле, вдоволь налюбоваться на нескончаемую грозу за «окном», спеть неприличные куплеты, полистать между делом книженцию о стихийной магии и даже создать небольшой водяной пузырь, который потом долго летал за ней по комнате, как привязанный, пока волшебство в нем не иссякло, и вода не вылилась Нике на спину.

Ужин ей так и не принесли – отец по-прежнему изволил гневаться.