Требуется репетитор для горе-ведьмы

Мужчина вздрогнул, а щит с неприличным звуком исчез.

- Как это? – мэтр Атталь никак не мог поверить в происходящее. – Сола Ренуар, признайтесь, зачем вы раньше нас обманывали? Такая сила, такая мощь, такой…

Он покрутил перед собой ладонью. И Ника, пользуясь моментом, воткнула ему меж пальцев ручку.

- Пишите! – В голосе ее зазвучала сталь. – Вы обязаны!

- Да-да, конечно…

Профессор придвинул к себе зачетку.

- Нет! – Истерически взвизгнула сола Кодэ и выхватила книжечку из пальцев начальства. – Я не позволю!

Ника рванулась к столу, но старая ведьма вскинула руку и что-то поспешно прошептала.

Девушка налетела на нее, больно ударилась лбом, отшатнулась назад и сшибла тумбу с билетами. Те, как опавшие листья, кружась посыпались на пол. Один за одним они приземлялись на паркет. И с каждым новым листком в душе юной солы Ренуар росло негодование. Нет, ее не злила мерзкая ругань классной дамы. Не беспокоила шишка, неизбежно выраставшая на лбу. Не пугала судьба зачетки, разрываемой в клочья хищными пальцами.

Это все вдруг стало не важно. Так мелочь, ерунда, пустяк. Просто, все билеты были одинаковые. Все, как один. У Ники не было шансов. Она могла тянуть их хоть десять раз, хоть двадцать – результат получился бы один и тот же. И это поражало.

Неожиданно на девушку снизошло ледяное спокойствие. Она неспешно наклонилась, подобрала с паркета все до одного листка, обернулась к магической стене и пришлепнула к ее поверхности весь ворох.

Профессор Атталь пораженно замолк.

- Как это понимать? – четко проговорила Вероника.

Лицо солы Кэде стало каменным. Она сцепила руки в замок, прямо поверх изодранной в клочья зачетки.

- Я не знаю, - пролепетал профессор. – Билетами у нас занимается ваша наставница. – Он обернулся к женщине. – Элла, как это понимать?

Та нехотя проговорила:

- Я не обязана отчитываться перед этой дрянью.

Сказано это было с такой ненавистью, что Ника невольно отошла назад. Подальше от злобной гарпии.

Профессор изумился еще больше.

- А передо мной? – Спросил он растерянно. – Передо мной обязана?

Сола Кодэ упрямо сжала губы. Стало ясно, что говорить она не будет.

Мэтр Атталь устало вздохнул и обернулся к ученице.

- Сола Ренуар, - из голоса мужчины исчезли и насмешка, и вызов. Осталась лишь горечь. – Вероника, я вас прошу, выйдите. Оставьте нас сейчас.