Требуется репетитор для горе-ведьмы

Ждал он, видите ли! Ника попыталась возмущенно фыркнуть, но с набитым ртом это было довольно сложно. Она поспешно прожевала еду, запила сразу половиной чая и выпалила:

- А я тебя искала! И что?

- Зачем? – Искренне не понял сол Ренуар и тут же встревожился: – Случилось что-то?

И Ника наконец-то фыркнула. Громко, с удовольствием.

- Случилось? – Повторила она угрожающе. – Представь себе, папочка, случилось. И много чего. Во-первых, я сдала экзамен. На высший балл! – Девчонка подняла вверх указательный палец, чтобы отец точно понял, как это круто.

– Во-вторых, я получила распределение на практику. В-третьих, - она замолчала, наклонила голову на бок и ядовито процедила: - теперь у меня новый наставник в академии. Не поверишь, сол Рэймонд Моризо! Хотя, почему не поверишь, ты же прекрасно его знаешь. Как и то, что он, оказывается, тот самый Мангуст.

Ника выдохлась и замолкла. Ей казалось, что отец сразу примется объясняться и каяться, но он молчал. Лишь руки сложил на груди и брови нахмурил.

Девчонка опять расстроилась и выкрикнула на этот раз обвиняюще:

- Ну да, тебе же нет до этого дела! У тебя тайны! Они куда важнее дочери! А мне так странно, почему ты что-то от меня скрываешь!

Сол Ренуар нахмурился еще сильнее.

По-прежнему молча. Ника от обиды хотела схватить со стола хоть что-нибудь на ужин и гордо уйти, оставив за собой последнее слово, когда отец вдруг заговорил.

- Что тебе кажется в этом странным, доченька? – Голос его звучал вкрадчиво. – У взрослых всегда есть тайны от детей.

Это нормально.

- Нормально? – Девчонка окончательно взбеленилась. Вскочила и оперлась руками о стол так сильно, словно хотела его переломить его пополам. – Но я уже не ребенок! Папа, ты забыл, мне девятнадцать лет!

По виду отца сразу стало понятно, что Никины девятнадцать он считает сущей мелочью. Так, чуть больше, чем первое «агу». И до взросления его обожаемой дочуре еще ой как далеко.

Он оставил ее пламенную речь без внимания и спросил:

- А почему ты не носишь тот гарнитур, что я тебе подарил?

От этого вопроса Ника слегка ошалела.

Нет, вы только подумайте! Она тут распинается, а он! Девчонка плюхнулась на место, придвинула к себе клубнику и начала с жадностью поглощать. Ягоду за ягодой. Забывая даже макать в сахар. После десятой, буря, бушевавшая в ее душе, слегка поутихла.

Ника выбрала ягодку посимпатичнее, окунула во взбитые сливки, неспешно облизала и выдала про между прочим:

- Я его боюсь. Он превращается.

А вот это отца насторожило.