Невеста ледяного дракона в академии

— Лорд энн’Галлдиор, я ведь не ошибся? Кажется, мы не были представлены, но я много слышал о вас. Ваша невеста прелестна, поздравляю!

Мужчины вышли, чтобы не смущать других дам, которые не смели пройти в кабинки (или хотя бы повозмущаться) и бестолково топтались у входа. А я принялась заново благодарить милую Миарет за помощь. После недолгой беседы мы расстались почти подругами, ведь оказалось, что Миа до недавнего времени училась в «Синей звезде»; она обещала найти меня там, как только сможет продолжить учебу.

Вернувшись к Эйнару, я могла уже смеяться над инцидентом с платьем. Однако менталист все еще переживал:

— Прости мою мать, это я виноват. Обязан был предупредить тебя о некоторых неприятных сторонах ее характера...

Я вдруг поняла что больше не злюсь на эльфийку. Если самая большая гадость, на которую она способна, это проросшая мебель или опрокинутый бокал, пускай ее!

— Это довольно мягко сказано, Эйнар! Я уже не сержусь, но сьерра Миарет дей’Ринор выразилась о леди энн’Галлдиор более выразительно.

Она считает, что это нормальное поведение для твоей матушки.

Эйнара это не удивило.

— В свете мать известна невыносимым нравом, но ее терпят, потому что энн’Галлдиоры тут всем родня. Сьерра Миарет — племянница короля Ильса — возможно, одна из немногих аристократок, в ком не течет кровь Дома Высокого Клена.

Я состроила невинную мордашку и ответила:

— Наверное, этим объясняется то, что она так мила.

Эйнар добродушно расхохотался, и я не могла не присоединиться к нему.

Я и раньше замечала, что он способен посмеяться над собой. Мне такая черта нравится. Хотела расспросить подробнее о моей новой знакомой, но тут объявили о начале второго акта.

Снова почувствовав затылком чей-то взгляд, я обернулась и успела заметить, как в конце коридора мелькнула высокая фигура ледяного дракона. На руке Нико гирей висела рыжая особа. Мне показалось, что они направляются к лестнице, на выход. И сердце вновь затрепетало от неприятного холода.

3.1

Я вернулась в гостиницу после полуночи. Как и большинство «благородной» публики, мы ушли перед окончанием представления, чтобы не толкаться в фойе. Посещение театра породило двойственное чувство. С одной стороны, сам спектакль и его закономерный трагический финал заставили похлюпать носом и в очередной раз повздыхать над горестной судьбой разлученных влюбленных. С другой — вечер был насыщен разнообразными и волнительными событиями.