Невеста ледяного дракона в академии

Твой отчим…

Но я упрямо замотала головой и перебила:

— Нет, Нико, если ты явился сюда, воображая, будто мне интересно, что там решил этот дракон, ты ошибаешься! Он продал меня, чтобы откупиться от ледяных и поберечь драгоценных наследниц из огненных кланов! Сбежав, я освободилась от власти Дирка арк’Брокка. И ты тоже свободен от данного ему слова…

Два шага от двери дракон преодолел за половину удара моего сердца, а после оно замерло, чтобы лихорадочно забиться в грудной клетке, словно пойманная бабочка.

Мужчина выдернул меня из кресла, легко подавив неловкое сопротивление. А дальше были только горячие губы Нико, наглое вторжение его языка, страстные прикосновения и… Я растворилась в обжигающем ледяном пламени, забыла кто он, кто я и обо всем, что нас разделяет. В мире остался только Нико, свежий аромат его парфюма, тепло дыхания, крепкие объятия, которые рассылали по телу яркие звездочки удовольствия.

Очнулась, когда дракон остановился. Тяжело дыша, он ласковым жестом коснулся моей щеки и прошептал:

— Дана, теперь ты меня послушаешь? Я сегодня улетаю в Иллирию…

Слушать я была не готова.

Мне хотелось еще поцелуев, но об этом, разумеется, не сказала.

Не пришлось отвечать вообще, так как в этот момент послышался треск ткани. Мы оба взглянули вниз, туда, где маленький ханн, подцепив рогом брючину Нико, ловким движением разодрал плотную ткань от высокого щегольского ботинка до колена. Потом мекнул что-то ругательное и полез под кресло.

И правильно сделал, что спрятался, мой умный, потому что в первый момент Нико разозлился, даже зрачки — огромные, почти скрывшие синюю радужку — резко сузились.

Но затем рассмеялся:

— Паршивец копытный! Ревнует.

— Сегодня день разорванной одежды... — проговорила я, больше не сдерживая смех.

— Что-то произошло в театре? — поинтересовался Нико.

Не вовремя он упомянул об этом — я сразу вспомнила об его спутнице и нахмурилась. Чего это он тут расселся? А я, чего ради сижу у него на коленях? Вскочила и хотела высказать все, что думаю, но меня опередили.

Вошла Мод, держа перед собой поднос с горкой сухариков и небольшим металлическим кувшинчиком. Стоило женщине увидеть, что творится в комнате, поднос с жалобным звоном полетел на пол.

— Моя леди, что случилось? Что делает в вашей комнате этот эйс?

На ее крики сбежались слуги, наверное, со всего этажа. Я с Чернышом скрылась в спальне и оттуда слушала, как Нико объясняется (а точнее, рычит) с управляющим гостиницей.