Тайна серого кардинала, или Как я стала злодейкой

Одной частью сознания я воспринимала голос живых камней как силу, враждебную мне – изнутри меня трясло от ненависти. Как ни давила я в себе боль, помня о том, что живые камни забрали у меня все, она пульсировала на дне души и рвалась наружу. Но даже если внутренний голос вопил внутри меня, что живые камни – мой враг, другая часть сознания была истерзана зудом непонимания. Почему? Почему я всю жизнь слышу их голос? Откуда во мне существует связь с живыми камнями Ансаллы? И что для меня эта связь: дар или проклятие?

По узкой лестнице я вышла к стрельчатому выходу на высокую террасу.

Глухие звуки моих собственных шагов сопровождали меня до зубчатого ограждения. К парку вела еще одна лестница, широкая, парадная, и пока я спускалась по ней, пока шла по дорожке к пруду под сенью кедров и елей, шепот живых камней продолжал проникать в мое сознание, влек меня за собой.

Приблизившись к пруду, сначала я медленно прогуливалась вдоль берега, поросшего ряской. Шепот скользил за мной следом, кружил вокруг меня роем мух – никак мне не удавалось понять, откуда может исходить этот звук.

Почему здесь, возле пруда? В этом месте не было ничего, даже отдаленно похожего на святилище живых камней. Откуда же он здесь?!

Я решила подняться на мостик, перекинувшийся над одним из «лепестков» пруда, чтобы вблизи оглядеться. Когда я была уже на вершине моста, под ногу мне попал камень – даже через толстую подошву ботинка ступню пронзило болью.

Прошипев, я отвела ногу, чтобы скинуть камешек в воду.

.. но, замерев на миг, медленно вернула ногу на выложенный брусчаткой мост. Присев, осторожно протянула руку к камешку, размером с самую мелкую монету Гатарии. И стоило только моим пальцам коснуться его...

- Ты должна подчиниться ради своего отца! Моя жизнь и репутация взамен на твое тело! Ты моя дочь! Моя собственность! И я повелеваю – будь покорной!

- Пощадите, отец...

- Твоей дочери оказана великая честь, барон, – доставить удовольствие наследнику древнейшей крови Ансаллы.

Познать плоть его. Твой род будет отмечен Древними.

- Пощадите...

Перед моим внутренним взором промелькнуло лицо бородатого худого дворянина, склонившегося над распростертой на каменном алтаре юной аристократки. Бородач придавливал к алтарю ее связанные руки, глядя на нее взглядом, полным брезгливого отречения, в то время как ее глаза на простодушном лице смотрели на него с мольбой и отчаянием.