Академия колдовских сил. Прятки с демоном

Какие они по темпераменту, как мыслят. Мне нужно понять, где один… темный эльф спрятал кое-что.

Правды говорить не стала: отец испугается. Он и так напрягся из-за слишком серьезного для ночи разговора.

— Во что ты ввязалась, Аля? — без предисловий спросил тер Ирадос и поставил кружку на стол.

— В практику, — не моргнув глазом, соврала девушка. — Хочу на высший балл сдать.

И замерла, гадая, поймет отец по глазам или нет. Прежде тер Ирадос в два счета раскусывал уловки дочери, ну так и Малица была моложе. Значительно моложе.

Саламандр задумался и провел рукой по всклокоченным медным волосам. Вопрос загнал его в тупик.

— Положись на преподавателей, — наконец произнес он.

Чем меньше дочь знает о Закрытой империи и ее обитателях, тем лучше. От них одно зло. История с лордами шан Теонами тому подтверждение. До сих пор перед глазами стояла улыбка вампира, помнилась сталь у горла, слышался вкрадчивый шепот: «Ваша девочка мне задолжала». А после — боль, мрак и страх. Не за себя — за супругу и единственного ребенка, который совершил страшное: обезобразил лорда из могущественного клана.

И пусть дроу живут обособлено, не подчиняются ни одному императору, Малице не стоит с ними связываться, только в стенах Академии и под чутким руководством преподавателей.

Однако саламандра не желала отступать и выпытала-таки краткую характеристику темных эльфов. Как и полагала девушка, Мэгрос покрывал своих, представители других домов его не интересовали. Любопытно, выведал ли лорд Шалл имя убийцы? И кого девушка видела на кладбище: предателя-преподавателя или его сородича? На эти вопросы предстояло ответить позже, а пока Малица пожелала отцу спокойной ночи и развеяла огненную связь.

Минуту назад перед девушкой стояла подсвеченная алым фигура, и вот уже вместо нее весело потрескивают поленья.

Обдумать полученную информацию Малица не успела: в дверях хранилища появились Кристоф и Индира. Демонолог с гордым видом обнимал укрощенную зубастую книгу, эльфийка, с опаской косясь на гримуар, несла футляр.

Саламандра открыла рот от изумления, потом нахмурилась. Обычно девушку обвиняли в беспечности, но теперь пришла ее очередь ругать других. Нет, Малица любила пошалить, влезть в авантюру, но это!.. Гримуар не игрушки, очнется, Кристоф без руки останется. А Индира! Вдруг на футляре проклятие? Да и кровь на нем — доказательство, каждая капля дорога.

— Вот, — демонолог смело отпустил книгу, и та повисла в воздухе, удерживаемая заклинанием. — Укротил не хуже вурдалака.