Мертвые Игры книга шестая

В пылкой, чистой, высокой и утонченной любви… 

Он усмехнулся, все так же глядя на меня, и протянул руку к дверце кареты, еще до того, как экипаж остановился.

«Команда Некроса!» -раздался голос одной из ведьмочек, разнесшийся магией над встречающей игроков толпой. 

Гаэр-аш вышел первым, следом за ним Гобби, а после уже я, опираясь на поданную опекуном затянутую в черную перчатку руку. 

Посетители игр встретили криками и овациями, от шума, света ясного зимнего неба, и ледяного впившегося в кожу холодного ветра я на миг зажмурилась, а когда проморгавшись открыла глаза, услышала иступленное:

-  Риа, я люблю тебя! 

Опешив, потрясенно воззрилась на Инара, растолкавшего толпу, едва ли заметившего ректора, налетевшего на меня, сжавшего в объятиях и зашептавшего:

-  Ты самая лучшая!  Самая потрясающая!  Самая невероятная!  Самая удивительная! Я тебя реально сейчас люблю больше чем мать родную!

«Тьма, пожалуйста, пусть это будет шутка… пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!» -  мысленно взмолилась я.

«Я не Тьма, видимо в связи с этим все еще размышляю, вмешаться или не стоит» -  раздался в моей насмешливый голос Гаэр-аша. 

И меня это так возмутило, что я попыталась повернуть голову и хотя бы на выражение лица главы Некроса посмотреть. Но Инар не дал. Обхватив ладонями мое лицо, он заставил смотреть на себя и торопливо выговорил:

-  В общем так, малышка, если когда-нибудь, что-нибудь, пусть самое противозаконное или даже если там к оступникам смотаться придется -обращайся, я весь твой!  Да что я, за мной с полсотни боевых магов пойдут и весь мой клан… -  тут он замялся, чуть скривился, и добавил: -  Ну, клан еще не мой, но месяца через полтора, будет мой как миленький, никуда не денется.

Я потрясенно кивнула.

-  Обожаю тебя, -  с нежностью произнес Инар. -  Просто обожаю, ты лучшая! Ученику сама знаешь кого привет.

И с этими словами боевой маг в красном бархатном плащекрутанулся и гордо пошел через расступающийся, шокированный не менее чем я народ. 

Около секунды я потрясенно смотрела ему вслед, после повернулась и посмотрела на ректора  - выражение лица Гаэр-аша мне совершенно не понравилось. Гобби выглядел едва ли более довольным, а едва поймал мой взгляд, одними губами произнес: «Я говорил». Что именно говорил я спросить никак не могла, а очень хотелось.