Мгновения до бури 2. Темные грезы

А затем скрестила руки, дав Билли знак не атаковать. Он, к моему удивлению, быстро понял меня и замер. Теперь соперники оказались под куполом. Кто-то из боевых попытался швырнуть в Бэнкса молнию, но она тут же растворилась в барьере.

Мало кто знал, что моя защита умеет работать и в обратную сторону.

Противники недоумевающе переглянулись, а затем посмотрели на меня, осознав, что сами оказались в ловушке. Девушка с синими волосами попыталась предпринять попытку восстановить свою защиту на трофее, но все было безуспешно.

– Что за?! – негодовал Лиам, капитан боевых стражей.

– Простите, – виновато улыбнулась я им и пожала плечами.

Билли рассмеялся на выдохе. Я кивнула ему в сторону кристального шара, и капитан тут же подбежал к трофею и, схватив его, поднял вверх. Как только раздался финальный гудок, возвестивший о победе, стадион утонул в криках и аплодисментах.

Я взмахнула рукой, и барьер исчез, боевые были расстроены и злы. Лиам отмахнулся от Билли, который попытался пожать ему руку.

А я растерянно смотрела по сторонам, пытаясь понять масштаб трагедии. Повсюду валялись обломки двух колонн, вокруг раненых студентов сновали лекари. Я пыталась найти глазами Джоан, но ее нигде не было. Тайные, которых уже подлатали, радостно обнимались и кричали.

В ушах звенело, а раны от падения ныли все сильнее. Я села на единственное заграждение в последней зоне, которое было чуть выше колена. Интересно, на что рассчитывали создатели этого сооружения, что кто-то сможет укрыться за этой тумбой?

– Итак, впервые за шесть лет, тайные стражи становятся победителями.

Блестящая партия, разыгранная капитаном Билли Бэнксом, и уникальная способность Леди Тали не оставили и шанса боевым. Браво! – гремел голос Терренса.

Я не привыкла публично слышать свое имя и уж тем более к бурным овациям после него. И, может быть, порадовалась бы, но все, чего мне сейчас хотелось – это лечь и никогда не вставать. В ушах звенело, а раны от падения ныли все сильнее.

Поднявшись со своего места, я кое-как доковыляла до раздевалки. Возле самих дверей сновала миссис Роуз, с которой я уже сталкивалась на первом курсе, когда загремела в лазарет.

– Ох, ну и устроили вы там, мисс, – бухтела она. – Если бы не вы, пострадавших было бы меньше.

– А я тут при чем? – недоумевала я, показывая на запястье и коленку.

– Не полезли бы наверх, никому бы не пришло в голову эти колонны рушить, – она дала мне обезболивающее зелье.