Путеводная звезда (псевдоним: Тата Орлова)

– Я сразу, как только мы из столицы выехали, так маячок к карете и привязал. Теперь он за нами как хвостик тянется.

- Как хвостик… - не удержалась я от повтора. 

Нам хватило бы и одного.

- Госпожа? – Катерина перевела взгляд с меня на завозившуюся Аленку. 

- Может, это просто всадники? – предположила Аннушка, пытаясь успокоить скорее себя, чем меня.

- Не просто, - совсем по-взрослому скривился Влад. – Маячок ровно бьется. Лошади хорошие, крепкие. 

- Госпожа, вам надо бежать! – тут же встрепенулась Аннушка, напугав меня еще больше.

За себя я не боялась, а вот дочь… Если меня арестуют, она должна быть в безопасности!

Последняя мысль, хоть и не должна была, но добавила решимости. Дочь! Во время урагана я держалась ради нее! Ради нее бежала из столицы.

Из открытой дверцы дохнуло теплым воздухом, наполненным ароматами трав. Взгляд зацепился за цветущие заросли кустарника, за рощицу неподалеку.

- Здесь есть поблизости деревни? – спросила я у Катерины. У нее семья большая, родни много.

Она сдвинула занавеску с другой двери, выглянула наружу.

Вновь села, задумчиво посмотрев на меня:

- Так вроде поместье Ермолино неподалеку. А там и деревенька рядом.

Младшего Горского ее невнятный ответ не устроил:

- Дядь Коль, - держась за дверцу, наклонился назад Влад, - мы Ермолино уже проехали? - Что тот ответил, я не услышала, но когда мальчик встал нормально, выглядел довольным: - Пара верст. Проселок скоро будет.

- Тогда вот что, - в своем решении я не сомневалась, - ты, Катерина, берешь люльку с Аленой и уходишь в лес.

Прячешься там и не выходишь, пока я не позову. Ты, Владислав, - снимая с пояса кошель с монетами, продолжила я, - отправляешь с ней. – Он попытался насупиться, но я тут же добавила: - Ты – мужчина. Береги их.

- Госпожа, может… - в глазах Катерины был страх.

- Если со мной что случится, - взяла я ее за руки, - переждешь несколько дней в деревне, потом вернешься в город, к моему отцу. Если он не примет…

- Мы к сестре дяди Степана уйдем, - тут же нашелся Владислав, уже отвязывая люльку.

– И я знаю маминых друзей, они обязательно помогут.

Вставший в горле ком я сглотнула, не позволив чувствам взять верх надо мной.

Заплакать я могла и потом, когда все закончится.

Единственным моим оружием был именной кинжал Георгия, пожалованный ему самим императором. 

И не важно, что я не умела им пользоваться – если потребуется защитить дочь, меня ничто не остановит.

***

Солнце светило в глаза, не давая разглядеть всадников.