Погода нелётная

Первое прикосновение осторожное, ненастоящее, будто Макс сам не уверен в том, что делает. Потом он постепенно вошёл во вкус, глухо выдохнул что-то неразборчивое, обхватил девушку руками, прижал к себе.

Большой. Тёплый. Обнимает бережно. И лицо у него дурацкое такое: глаза закрыты, мокрые волосы приклеились ко лбу кучеряшками, и шрам этот его через бровь, как будто художником нарисованный для чистой красоты.

А небо над ним стояло залитое солнцем, выкрашенное белёной кафельной синевой. Тонкие облачные нити вихрились воронками, как сахарная вата крутится в алюминиевом тазу в цветастом фестивальном свете.

Там должно быть шумно, душно, пусто и тесно одновременно, как на вечернем уличном празднике, где ты никого не знаешь, и никто не знает тебя.

Драконы вот только не полетят. Погода нелётная.

Макс отстранился. Маргарета поняла это по тому, как кольнуло холодом влажные губы, и только тогда сообразила: он целовал её. А она, кажется, отвечала даже. Или, может быть, делала вид, что ничего не замечает, раньше они любили эту игру…

Тень Маргареты подняла голову от книги, вздохнула и повернулась так, чтобы поймать страницами последние лучи уходящего солнца, размытые гразными стёклами.

Томик в жёлтой обложке, «И дрогнет колосс», в слабом клеёном переплёте, — кое-где он рассыпался на отдельные сероватые листы, но это ничего, даже если часть страниц потеряется. Вот и теперь буквы расплывались в сумраке, но девушка по одной форме абзацев могла понять: Ночью над ратушей сменился флаг.

Долгое, тягучее мгновение ей казалось, что эта Маргарета и есть настоящая.

— Можно вернуть всё, как было, — хрипло сказал Макс, болезненно выдернув её из привычной картинки. — Было ведь хорошо? А теперь мы вернулись как будто, а как будто не мы. Но можно сделать, как было. Чтобы мы живые, обычные. Я цветочек тебе подарю, пойдём погуляем. Я ветеринарку закончу, а ты где летать хотела? В лесном хозяйстве? Дом купим, детей заведём. Ромашка… ты увольняйся.

Маргарета неловко подёрнула плечом.

— Увольняйся, — повторил Макс. — Поехали куда-нибудь, в Прелюме можно, там поля с тюльпанами. Забудем всё, и с чистого листа… Поехали, а? Поехали.

Глава 7. Чистый лист

отправлено: 14 марта

получено: 21 марта

на листе писчей бумаги

Привет, Ромашка!

Погода здесь — ###### говно. Я думал, в Монта-Чентанни мокро и всё время воняет, но это полная #####. Монта-Чентанни — это Небо на земле, Ромашка! А грешников ссылают на 3й западный, под ###########.