Погода нелётная

Всё небо было затянуто тёмными клубящимися тучами: в них гуляли глубокие, жуткие тени, мелькали всполохи, и они сами всё кружились, кружились и сталкивались без конца.

Погода была нелётная. Должно быть, драконам тоже нужно иногда не полететь, чтобы смотреть на небо снизу вверх.

Чтобы дать ему — и себе — быть.

Чтобы разглядеть за тенями хоть что-то.

Глава 9. Друг человека

Чтобы стать клиновым дивизиона, мало хорошо летать: нужно ещё обладать кое-какими мозгами, уметь читать карты, понимать тактику, быстро соображать в бою, заслужить уважение команды и не взбесить начальство.

Лизать командирам задницы было не слишком принято — с неба плохо видно нашивки, — но в клиновые редко берут конфликтных истериков, не понимающих слова «приказ».

Макс стал клиновым почти случайно, когда в одном из длинных вылетов его предшественник сгорел, а отряд — всерьёз потрепало. Боевую задачу они тогда выполнили, а Макс так клиновым и остался.

Хотел бы — пошёл выше, но его и так слегка мутило от документов, расписаний и всей прочей штабистики, которой дальше становилось бы только больше.

Словом, служба вовсе не состоит из того, чтобы рассекать через небо, волосы назад. Но полёт, конечно, всегда был первичен. И Макс вполне заслуженно считал себя в своём деле одним из лучших: у него был второй результат в дивизионе по подбитым целям, он учил ребят состреливать снаряды в полёте и на каждом смотре показывал в воздухе «фокусы».

Макс обожал небо, чувствовал к воздушным фигурам пьянящий злой азарт и сливался с виверной так, что часто ощущал себя шестилапым чудовищем, вёртким, ловким и неуловимым.

Всё это невозможно без недюжинного таланта, а ещё — своеобразной любви к зверям. Макс тянулся к животным с детства, и хотя сперва это были всё больше кони, виверны занимали в его сердце какое-то особенно место. Он считал каждого своего летуна другом, переживал за их раны и горевал по их гибели, а звери — отвечали ему взаимностью.

Тем страннее было теперь, когда Рябина вдруг шумно вдохнула и спрятала от него мохнатую голову в полотнище крыла, — вместо того, чтобы, как это обычно бывало, нырнуть в связь и стать единой со своим всадником.

— Ленится?

Макс с усилием расслабил плечи и бросил в сторону:

— Вредничает. Совсем как ты!

По правде, Маргарета не вредничала.